Закладки


Поделиться

URL
***

Лидерство / Дело жизни

Исландское чудо

25 ноября 2016

Исландское чудо

Хеймир Хадльгримссон — главный тренер сборной Исландии по футболу, успех которой на чемпионате Европы ошеломил весь мир, — человек уникальный. Он живет на небольшом острове, работает стоматологом и одновременно тренирует свою команду. Невероятно энергичный и стойкий, он любит повторять: в жизни возможно все, главное быть к этому готовым. Став одним из самых популярных людей в стране, он спокойно относится к успеху и надеется, что слава не изменит его.

Как вышло, что футболист стал стоматологом, а затем тренером национальной сборной по футболу? Легко ли было принимать такие решения?

Я легко принимаю решения. Возможно, поэтому я и стал тренером. Обычно я просто прислушиваюсь к себе, к своему сердцу. Конечно, иногда я ошибаюсь, но стараюсь относиться к этому проще.

А стоматологом я стал, по большому счету, случайно. Я всегда увлекался компьютерами и думал получать образование в этой сфере, но начал готовиться к поступлению в университет, читать книги и понял, что компьютеры — не мое: слишком сухо, голая математика. Значит, нужно было выбирать что-то другое. Времени почти не оставалось, надо было срочно подавать документы на какой-нибудь факультет, и я за компанию с другом решил стать стоматологом. И вот уже больше 25 лет я работаю дантистом — и одновременно с 17 лет тренирую футболистов.

А перед чемпионатом Европы от работы дантиста вы все-таки решили отказаться ?

Откровенно говоря, я от нее не отказывался. Я до сих пор держу клинику в родном городе. Когда мы попали на Евро-2016, я решил больше не назначать приемов пациентам. Но клиника продолжает работать: там всегда есть врачи. Если у меня появляется время, я и сам веду приемы — один-два дня в месяц, — чтобы не терять квалификации и навыков: пальцы и голова не должны забывать свою работу. Кроме того, я хожу на лекции, слушаю доклады, сам выступаю. Я стараюсь быть в курсе всего, что происходит в области стоматологии.

Как вы находите на все время?

Это несложно. У меня кабинет на первом этаже моего дома, так что мне просто добираться до работы. А если серьезно, то я всегда много трудился, даже когда учился в колледже. Я родился на небольшом острове к югу от острова Исландия. Мы считаем себя более трудолюбивыми, чем исландцы, а исландцы убеждены, что они трудолюбивее европейцев. Я думаю, это наша национальная особенность: мы вообще много работаем. Мы уверены, что на все можно найти время. Время действительно есть всегда— просто все его по-разному используют: кто-то смотрит телевизор, кто-то играет в гольф, кто-то еще как-то отдыхает. Я в основном работаю.

Когда вы стали тренером национальной сборной, трудно ли вам было завоевать авторитет, заручиться доверием команды?

Непросто. В Исландии тренеры-любители тренируют спортсменов-любителей. Когда такие тренеры приходят в национальную сборную, все меняется: они имеют дело с профессионалами, взращенными в профессиональной среде, которые работают с профессиональными наставниками в других клубах. Так что некоторая настороженность вполне объяснима. Доверие профессиональных спортсменов нужно завоевать. Это сложно, на это требуется время. А вот потерять это доверие, наоборот, очень легко.

Мне невероятно повезло: сначала я был ассистентом Ларса Лагербека — очень опытного тренера. Я старался как можно большему у него научиться. Он щедрый человек, и я многим ему обязан. За пять лет совместной работы я стал существенно более зрелым. Надеюсь, я готов к самостоятельной работе. Время покажет.

Вы часто повторяете, что в исландской сборной нет великих игроков. В таком случае как вам удалось создать отличную команду? На что вы делаете ставку, если не на мастерство футболистов?

В разных клубах хорошая команда складывается из разных компонентов. Да, с фактами не поспоришь: у нас почти нет игроков высочайшего класса. Поэтому мы пытаемся выяснить, за счет чего можем обойти противника, и делаем ставку на это.

Надо понимать, что тренер национальной сборной работает с командой только три дня перед матчем. За это время вряд ли можно существенно улучшить технику игры, так что имеет смысл сосредоточиться на командном духе, организованности, мотивации, психологических установках. Мы об этом говорим, многое обсуждаем, смотрим видео. Наши тренировки проходят не только на поле, но и на собраниях.

Я думаю, мы одна из наиболее организованных команд в Европе. Мы ценим трудолюбие, сосредоточенность, дисциплинированность. Мы поощряем лидерство на поле — умение брать на себя ответственность и поддерживать других членов команды. Это очень важно для всех. Каждый игрок может быть лидером в своей области: кто-то умеет успокаивать людей, сглаживать углы, кто-то подбадривать и т. д. Конечно, мы не назначаем лидеров, не говорим: ты будешь ответственным за это, а ты — за то. Мы просто побуждаем спортсменов к тому, чтобы они делали то, что у них получается лучше всего. Кроме того, у нас превосходная защита, мы пропускаем мало голов — это отличная стратегия для не слишком сильной сборной. Футбол — единственный вид спорта, в котором команда из третьего дивизиона может обыграть команду из высшей лиги, завоевать кубок и пробиться в число сильнейших, хотя это, конечно, очень трудно.

У нас потрясающая сборная, все игроки — яркие индивидуальности. Нам нравится быть вместе, общаться, мы друг друга очень любим. И нам приятно работать вместе.

Какие трудности связаны с тем, что у вас всего три дня на подготовку команды к матчу?

Реальность такова, что наши спортсмены тренируются в других клубах — там они работают над техникой, поддерживают себя в форме. За то, в каком состоянии они приходят на игру национальной сборной, ответственность несут их клубы. Конечно, там может быть иной подход к игре — везде все устроено по-разному. Так что мне постоянно приходится «перестраивать» игроков, возвращать их к нашим реалиям.

Раньше я тренировал клубную команду — и это совсем другое дело. Там тренер работает с футболистами ежедневно, и они помнят, что делали вчера и позавчера, как играли и т. д. Все их действия связаны между собой. В национальной сборной эта связь прерывается. И в этом основная трудность моей работы. Мне важно, чтобы все помнили, что происходило в прошлый раз. Но это только для меня наша прошлая встреча была последней. Ребята за время, что мы не виделись, могли сыграть матчей 20 в своих клубах — конечно, они забыли, что мы с ними делали. Поэтому приходится постоянно все повторять: вот так мы действовали, вот за счет чего мы выиграли матч.

Еще одна проблема связана с тем, что я должен тонко чувствовать игроков. Они могли превосходно сыграть в прошлый раз, но вот прошло три месяца, и я не знаю, в какой они форме, готовы ли к игре. Понять это нужно очень быстро, ведь времени у нас почти нет.

На встрече с читателями нашего журнала вы сказали, что не взяли бы в сборную крутого игрока, если бы он не подошел вашей команде по духу.

Легко сказать, когда нет возможности заполучить такого игрока. Конечно, я, как и все тренеры, хотел бы видеть в своей сборной лучших футболистов мира. У них превосходная техника, и они могут решить исход матча. Но футбол — командная игра. Безусловно, мы бы пытались сделать все, чтобы эти игроки вписались в команду, подстроились под нее. Но если бы они мешали другим работать, играть, мы бы поняли, что они нам не подходят. Я считаю, что футболиста, который хорош сам по себе, но плохо влияет на других спортсменов, в команде лучше не держать.

Конечно, все тренеры относятся к этому по-разному. Некоторые предпочитают, чтобы у них было 11 футболистов высокого класса, пусть и в ущерб командному духу. И да, они выигрывают матчи за счет техники. Но большинство команд, конечно, — это золотая середина: в них есть и великолепные игроки, и командный дух. Мы же полагаем, что Исландии нужны сильная общность и единение, чтобы побеждать.

Что, по-вашему, отличает команду от группы людей?

Команда — это нечто большее, чем сумма индивидуальностей. Это то, что для человека важнее, чем он сам. Люди, составляющие команду, вносят вклад в ее работу, ощущают свою вовлеченность, причастность ко всему, что с ней происходит, готовы чем-то жертвовать ради общего дела. Они как солдаты, готовые положить жизнь, сражаясь за родину, — хотя это, конечно, гипертрофированный пример.

Наша национальная сборная — настоящая команда. Все усердно трудятся, никто не думает, что он круче других и поэтому не должен работать. Мы считаем, что все равны и все одинаково важны. Это основа нашего подхода. Мы единое целое, и вместе мы сила. Команда — как цепь: если в ней есть слабое звено, она рвется.

Обычно, если человек считает себя звездой, его трудно убедить в том, что он такой же, как все. Вам приходится воспитывать в игроках чувство равенства или оно присуще исландцам как нации?

Последние годы все в Исландии озабочены равенством — между мужчинами и женщинами, между расами и т. д. Так что, возможно, это действительно национальная особенность — и к равенству мы готовы больше, чем другие. По крайней мере, я надеюсь на это. Наши игроки, даже если получают разную зарплату, на поле играют как одно целое, все выкладываются по полной. И, тем не менее, я считаю, что о равенстве нужно постоянно говорить, напоминать, как это важно. Потому что, вы правы, успешные спортсмены, те, кто играет лучше или получает более высокую зарплату, склонны считать себя выше других. Это заложено в человеке природой.

Какие правила действуют в вашей команде?

У нас нет правил — у нас соглашения. Разница в том, что тех, кто не соблюдает правил, приходится наказывать. Нам это не нравится. У нас есть принципы, которые мы сформулировали вместе с игроками, — о том, как нужно работать в исландской национальной сборной. Они касаются пунктуальности, уважения — к отелю, в котором мы останавливаемся, к своей форме, к окружающим, друг к другу. Один из принципов, например, — говорить друг с другом, но не друг о друге. Мы договорились о том, как мы живем, как себя ведем, как относимся к алкоголю, как тренируемся — скажем, нельзя травмировать игроков, так как через пару дней состоится матч и т. д.

Хотя одно правило у нас все-таки есть. В 10 часов вечера мы обычно собираемся и пьем кофе. С этого момента и до завтрака мы не покидаем отеля, в котором живем. Это правило ввел Ларс Лагербек. Когда он тренировал сборную Швеции, трое игроков за два дня до матча отправились в ночной клуб. Не думаю, что они пили алкоголь, но дело не в этом. На следующий день в газетах появились их фотографии, и Ларсу пришлось отстранить их от игры. Если спортсмены тусуются ночью, даже если они не делают ничего предосудительного, это наносит урон их репутации и репутации всей команды. Создается впечатление, что в сборной хромает дисциплина. Сегодня у всех в телефонах камеры, и если известный человек сидит в баре, его обязательно снимут. И пойдут слухи — неважно, правдивые или нет, а это очень плохо. Нужно обезопасить себя от этого.

Что происходит с теми, кто нарушает ваши принципы?

У нас были игроки, которые забывали о собраниях и не приходили. Такие факты мы обсуждаем все вместе. Если кто-то немного опаздывает (это естественно: никто не совершенен), все на него смотрят с упреком, и это уже достаточное наказание. Если ты профессионал — ты следуешь принципам команды. Мы показываем, что доверяем игрокам, и это подталкивает их к тому, чтобы вести себя ответственно и уважительно. Тех, кто поступает непрофессионально, мы не отбираем на следующую игру сборной.

То есть многое основывается на доверии и свободе.

Да. Мне кажется, это лучший способ мотивации. Конечно, в разных культурах все по-разному, но для исландской национальной сборной доверие очень важно: люди, которым доверяешь, платят тебе тем же.

Приходится ли вам быть жестким с игроками?

Конечно, порой приходится повышать голос и выказывать недовольство. Это нормально. Так во всем жизни — с детьми, например. Время от времени нужно показывать, что ты можешь быть жестким, — и быть жестким.

Но мой подход, в целом, иной: я думаю, лучше всегда быть честным с игроками. Если ты чем-то недоволен, нужно это искренне и откровенно высказывать, объяснять, что тебе не нравится. Это производит больший эффект, чем крик и ругань. Но иногда, конечно, теряешь самообладание, не сдерживаешься, выходишь из себя — думаю, это естественно.

В какой степени, по-вашему, успех команды зависит от работы тренера?

В футболе ответственность за результат в разное время лежит на разных людях. Тренерская работа жизненно важна во время подготовки к матчу. В ходе игры, не думаю, что тренер может существенно влиять на то, что происходит на поле. Во время перерыва между таймами он может что-то подкорректировать, направить игроков. Но не более того. На поле все зависит от футболистов. Поэтому я и считаю, что так важно поощрять лидерство, приучать спортсменов к дисциплине и сосредоточенности во время игры.

Как именно вы настраиваете игроков во время перерыва?

Если есть проблема, надо найти решение. Даже когда тренер знает решение, мне кажется, лучше поручить игрокам самим найти его: обрисовать им ситуацию и предложить подумать, что можно исправить. В таком случае они с большей вероятностью сделают на поле все, как нужно. Задача тренера — направлять ход размышлений спортсменов. Но, конечно, бывают ситуации, когда приходится брать на себя роль диктатора. Если нужно быстро передать игрокам много информации, то общение идет совершенно в ином ключе.

А если первый тайм сыграли хорошо, все просто отдыхают, пытаются восстановить силы, чтобы во втором тайме выступить не хуже. Тогда мы почти не разговариваем.

Какова роль болельщиков в жизни исландской национальной сборной?

Исландия, как известно, — маленькая страна, поэтому наши болельщики очень тесно связаны с командой. Они могут быть чьими-то родственниками, друзьями, друзьями друзей, знакомыми знакомых. Мы знаем имена многих болельщиков, а с самыми преданными знакомы лично. Мы с ними общаемся, и у нас замечательные отношения. Например, перед каждым домашним матчем я прихожу в бар, где они собираются, и передаю им новости команды, рассказываю о том, кто сегодня выйдет на поле и как мы собираемся играть. Они первые обо всем узнают.

Это очень трогательная традиция. Мы начали ее четыре года назад. Тогда у исландской сборной фактически не было группы поддержки, и мы ее собрали. На первую встречу в бар пришло человек 10. Я сказал им: я буду приходить сюда перед каждой игрой, потому что вы заслуживаете знать больше других, ведь вы все время нас поддерживаете, кричите, с гордостью носите футболки с нашей символикой и т. д. Я показал им мотивационное видео, которое мы сделали для игроков. В следующий раз пришло человек 20, а то и 40. Сейчас в бар набивается 300—500 человек. Это закрытое мероприятие. Единственное правило на таких встречах — ничего не записывать и не выкладывать в сеть. Все, что я там говорю, — конфиденциально, эта информация не должна просочиться вовне. И действительно, за четыре года ничего не попало в СМИ и в соцсети. Это в своем роде уникально: даже выпив несколько кружек пива, болельщики ничего не записывают на свои телефоны. Это доказательство взаимного уважения.

Исландские болельщики потрясающие, мы им очень благодарны. Они помогли нам на Чемпионате Европы: поддерживать нас во Францию приехало десять процентов исландцев — более 30 тыс. человек из страны с населением чуть больше 300 тыс. Это невероятно! Франции повезло, что к ним не приехало 10 процентов населения России.

Как проходит ваш день перед матчем национальной сборной?

Обычно матч начинается в восемь вечера, так что в полдень у нас тренировка. Потом игроки делают что хотят. Они два-три месяца до этого играли за свои клубы — возможно, каждую субботу или по средам и субботам. Конечно, у них выработался свой режим, свои привычки. Профессионалы любят порядок — они предпочитают готовиться к игре так, как привыкли. И мы им это позволяем. Не знаю, как обстоят дела в других сборных, но исландской национальной сборной это идет на пользу. Исландцы — индивидуалисты, мы не привыкли идти в ногу со всеми. Так что некоторые игроки перед матчем продолжают разминаться, но уже без тренера — мы просто говорим им: если что, мы здесь, у тебя 40 минут, делай, что хочешь. Некоторые читают, некоторые играют в баскетбол или еще во что-нибудь. А некоторые вообще ничего не делают. Мы не следим за тем, что они едят, не считаем калории — они все решают сами.

Потом мы смотрим мотивационное видео, садимся в автобус и едем на стадион. Перед самой игрой мы ничего команде не говорим. Спортсмены все знают сами. Мы можем пообщаться с кем-то одним, обсудить противника — сказать: возможно, тебе придется столкнуться вот с этим парнем, он хорош в том-то и том-то, он будет пытаться обойти тебя справа. И это все. Время для подготовки — личное время игроков. Одни слушают на айфоне музыку, другие — наставления своих психологов, кто-то болтает, перешучивается. Каждый сам себя морально готовит к большой игре. Я не могу им в этом помочь: у всех свой подход.

До недавнего времени сборную Исландии мало кто воспринимал всерьез. Не считаете ли вы, что это было вам на руку? И изменилась ли ситуация сейчас, когда никто уже не считает вас аутсайдерами?

Думаю, в некоторых случаях — не всегда — у команды, играющей против слабого соперника, слегка падает мотивация. Исландия была слабой командой. Возможно, кто-то нас и не воспринимал всерьез, думал, что с нами будет проще справиться. Но после того как мы очень хорошо выступили на Чемпионате Европы, нас уже никто не будет недооценивать. И в этом, конечно, есть минус: сейчас все хотят у нас выиграть. Теперь с нами, вероятно, будут обходиться жестче, чем раньше. И, конечно, противники будут анализировать нашу игру гораздо внимательнее и детальнее, чем до этого, так что элемент неожиданности будет уже не так велик. Поэтому нам надо придумывать что-то новое, делать что-то совершенно иное, чтобы удивить противника. В этом смысле теперь нам сложнее.

Как изменилась жизнь команды после успеха на чемпионате Европы?

Вокруг исландского футбола поднялась настоящая шумиха. Например, тренер поехал в Москву! Но больше всего, конечно, выиграли футболисты — и это правильно: они фантастически играли. К ним внезапно стали проявлять интерес разные клубы, и многие спортсмены (думаю, больше половины команды) перешли в лучшие клубы. Они этого заслуживают.

Самое большое значение этой победы, однако, — психологическое. Для маленькой страны вроде Исландии очень важно увидеть, что такая победа возможна. Это повышает ожидания, поднимает планку в спорте. И все, кто к этому причастен, начинают еще больше выкладываться, чтобы повторить то, что им однажды удалось.

Наверное, непросто после такой победы взять себя в руки и начать тренироваться с еще большей отдачей? 

В целом, это естественно — после того как вы долго отмечаете успех (у нас во Франции была одна большая вечеринка длиной в полтора месяца), непросто перезапустить мотор и начать все сначала. К тому же все смертельно устали на Евро. И когда игроки вернулись после коротких каникул, им пришлось нелегко. Но мы хорошо справились уже на первой выездной игре — сыграли вничью с Украиной.

Одна из моих любимых цитат: успех — это не пункт назначения, это движение в правильном направлении. Для нас успех — не то, что мы поехали на Евро и хорошо сыграли. Конечно, это важно, но жизнь — череда взлетов и падений. И я надеюсь, мы сможем выйти на тот же уровень. Но, как показывает практика, после успешного турнира требуется много времени на то, чтобы вернуться к прежним показателям. Португалия, чемпион Европы, проиграла Швейцарии со счетом 0:2. Венгрия, самая сильная из трех команд, вышедших из нашей группы на Евро, сыграла вничью с Фарерскими островами. У нас была ничья на Украине. Возможно, из этих трех команд мы сейчас продемонстрировали лучший результат. Мы в целом довольны. Но уровень нашей игры все еще не дотягивает до того, который мы показали во Франции. Надеюсь, это потому, что игроки только-только начали сезон.

Какие цели, как вам кажется, нужно ставить перед собой, чтобы достичь максимального результата: реалистичные или завышенные?

Вопрос в том, что считать реалистичным. Нельзя ставить перед собой легкодостижимых целей. Это бессмысленно. Но не стоит ориентироваться и на слишком высокие цели. Цель должна быть достижимой — это главное. Недостижимые цели не вдохновляют, не мотивируют. Они вообще не имеют эффекта. В них невозможно поверить. Зачем ставить перед собой цели, в которые не веришь? Если цель уже на грани, если поверить в ее достижимость не так-то просто, нужно разбить ее на части. Тогда вы будете держать в голове основную цель и приближаться к ней маленькими шажками. Если цель слишком большая — например, похудеть на 50 кг, вы никогда не достигнете желаемого, просто сформулировав ее. Но если разделите ее на более мелкие задачи — терять по 2 кг в месяц, — вам будет легче в нее поверить и достичь ее.

Как понять, что команда или игрок достигли предела своих возможностей? И есть ли вообще такой предел? 

Думаю, возможностям нет предела — всегда можно улучшить свои качества, навыки, углубить знания. Когда вы перестаете в это верить, вас отбрасывает назад, а впереди оказываются другие. Быть может, нельзя в одной сфере достичь 100-процентного совершенства, но можно в 100 разных сферах повышать свою квалификацию на один процент. И так постепенно добиваться мастерства во всем.

Все знают, что бежать стометровку невероятно трудно. Так что же, спринтеру думать, что он не может бежать быстрее, что он достиг предела? Тогда ему нужно уходить из спорта. Или лучше все же считать, что можно на долю секунды повысить свой результат, и придумывать, как это сделать? Может, поджечь свои кроссовки?

На встрече с читателями HBR вы сказали, что деньги убьют футбол. Вы имели в виду зарплаты спортсменов?

Лучше сказать, что деньги могут убить футбол. Да, в футболе хорошим игрокам платят бешеные гонорары. Это чистое безумие. Посмотрите, сколько получают Роналду, Месси, Суарес, Неймар! Чтобы продолжать тренироваться и совершенствоваться, они должны быть невероятно целеустремленными. Лучшим из лучших это удается. Но на многих такие суммы действуют разрушительно: лишают мотивации, расхолаживают. Деньги испортили жизнь большому количеству людей и улучшили — лишь единицам. Деньги влияют и на общий интерес к футболу. Болельщикам не нравится, когда спортсмены получают так много. На высокооплачиваемых игроков смотрят уже не как на футболистов, а как на богатеев, и желание их поддерживать пропадает.

Какими качествами, кроме честности и откровенности, о которых вы уже упомянули, должен обладать лидер — тренер или руководитель компании? Как он должен себя вести?

Руководитель должен показывать пример. Если требуешь чего-то от других, нужно вести себя так же. Это касается всего, в том числе дисциплины, трудолюбия. Нельзя говорить одно, а делать другое. Поступки всегда важнее слов.

Очень хорошо, если лидер может показать свою уязвимость. Это сблизит его с подчиненными. Он может, например, подойти и сказать: «У вас это получается лучше, чем у меня, поможете мне?». Таким образом он наделит людей определенной властью, сделает ответственными за что-то, даст им свободу, возможность проявить себя. Люди почувствуют себя вовлеченными. А руководителю это поможет делегировать полномочия и раздавать поручения. Ну и, конечно, лидер должен обладать управленческими навыками.

Показывая свою уязвимость, не рискует ли руководитель авторитетом? А говоря людям неприятную правду, не лишает ли он их мотивации?

В краткосрочной перспективе ваша честность может нанести урон человеку. Но если вы скажете ему неправду, то в конце концов пострадаете сами. Игрокам обязательно нужно говорить о том, что идет не так. Если они что-то делают плохо, им нужно на это указывать.

Конечно, если руководитель компании будет чересчур откровенен и покажет все свои недостатки, его могут счесть слабаком. Так что необходимо найти баланс: что показывать, а что нет. Но такова жизнь: баланс в ней — это главное.

Хотя в этом вопросе, безусловно, важен культурный фактор. В стране, привыкшей к иерархии, лидер должен быть непогрешимым — он не может демонстрировать свои слабости.

Вы много говорите о страсти, увлеченности. Что это для вас значит?

Очень многое. Когда вы занимаетесь делом, которым действительно увлечены, вы не работаете в прямом смысле этого слова — вы делаете то, что вам нравится и получаете от этого удовольствие. При этом вы полны энтузиазма, вы больше успеваете сделать, большему научиться, вы внимательнее прислушиваетесь к людям, разделяющим ваше увлечение. Если вы можете найти работу в той сфере, которая вам нравится, вам крупно повезло.

Ваш лозунг всегда делать больше того, что требуется. В чем вы видите его смысл?

Я понимаю, иногда странно такое слышать. Мы все видим, как люди, едва закончится рабочий день, стремглав выбегают из офиса. Но я считаю, что дополнительная работа обязательно окупится. Возможно, вам за нее не заплатит начальник, возможно, вы вообще не получите за нее денег, но вам непременно воздастся за нее тем или иным образом, рано или поздно.

Что вы делаете для того, чтобы профессионально совершенствоваться?

Прежде всего пытаюсь быть незашоренным, восприимчивым ко всему новому. Когда я общаюсь с людьми, я стараюсь чему-нибудь у них научиться. И я действительно учусь у всех — иногда на негативном примере: вижу, скажем, как не стоит поступать. Я часто хожу на различные семинары, читаю и слушаю много книг, в том числе по лидерству, по мотивации. Я запоминаю хорошие высказывания — забываю, правда, откуда они, — и потом цитирую. Они мне помогают. Я стараюсь учиться у лучших — сегодня это совсем не трудно.

Как проходят ваши будние и выходные дни?

Выходные у меня всегда загружены: обычно в пятницу, субботу и воскресенье играют все члены исландской сборной — в клубах, за которые они выступают. Я стараюсь смотреть как можно больше их игр. Если просмотр футбольных матчей можно назвать работой, то да, я работаю. Это моя страсть, любимое дело. Но, конечно, я смотрю матчи не как обычные люди, для которых это отдых, развлечение. Я смотрю, как работают наши футболисты.

В будни я тоже занят. Я веду тренерские курсы, работаю в футбольной ассоциации, готовлюсь к следующей встрече с игроками, анализирую игру других команд, будущих противников, делаю видео и т. д.

Как вы отдыхаете?

Я стараюсь выходить на прогулки — примерно час в день я гуляю один в горах. При этом я слушаю что-нибудь образовательное — так что это одновременно и отдых, и обучение, и физкультура. Я стараюсь не тратить время впустую. Если мне удается взять отпуск, я вывожу семью в тепло — я люблю жаркие страны. Мы ездим, например, в Испанию. Но и там я все равно что-нибудь делаю для самообразования. Иначе никак!

Читайте также: «Очень тяжело быть богатым, потому что твоя мотивация снижается» (самые яркие фрагменты встречи Хеймира Хадльгримссона с читателями «Harvard Business Review — Россия»)


Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться


САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ