«Слияние Samsung и Harman – это мечта, ставшая реальностью» | Harvard Business Review Russia
Технологии

«Слияние Samsung и Harman – это мечта, ставшая реальностью»

Александр Губский / "Ведомости"
«Слияние Samsung и Harman – это мечта, ставшая реальностью»
Андрей Гордеев/"Ведомости"

Поглощение компанией Samsung производителя акустических систем Harman наделало шума и в автопроме, и среди высокотехнологичных компаний. У Harman 80% бизнеса приходилось на сегмент B2B – автомобильный сектор и профессиональное аудио. Samsung – мировой лидер в потребительской электронике, производитель батарей, дисплеев, радаров и проч. Объединив технологии и связи Samsung и Harman, новая компания рассчитывает стать одним из ведущих поставщиков решений для автономного движения. Гендиректор Harman Динеш Паливал, возглавляющий компанию с 2007 г., предсказал в интервью газете «Ведомости», что через 10 лет в мире окажется не больше 4–5 глобальных разработчиков технологий и оборудования для автономного движения и Harman будет одним из них. Мы публикуем это интервью с незначительными сокращениями.

Harman International была продана Samsung приблизительно за $8 млрд в ноябре 2016 г., сделка была закрыта в марте 2017 г. Почему акционеры Harman согласились продать компанию и что с тех пор изменилось в Harman?

В технологическом секторе размер инвестиций в разработку новых технологий определяет, кто выживет, а кто умрет. Нам требовался более серьезный масштаб инвестиций в R&D. Самостоятельно мы справлялись с этим хорошо: 10 лет назад мы были компанией с оборотом $3 млрд, в прошлом году наш оборот превысил $7 млрд; мы были компанией очень прибыльной, очень инноваторской. Но в ближайшие пять лет искусственный интеллект, облачные и инфраструктурные решения, системы кибербезопасности будут развиваться очень быстрыми темпами. Отдавая себе в этом отчет, мы поняли, что нам нужен крупный партнер.

Поэтому слияние Samsung и Harman – это мечта, ставшая реальностью. Культуры инноваций, принятые в наших компаниях, прекрасно дополняют друг друга. Сочетание наших компетенций и брендов восхитительное: мы делаем лучшее в мире аудио – они короли видео; у них отличные компетенции в полупроводниках, электронной памяти, дисплеях, системах связи 4G и 5G – у нас технологии и налаженные каналы в автомобильной отрасли. Совместив знания и связи Harman в автомобильном мире, Samsung сможет предложить автопроизводителям свои знания и решения. Синергия идеальная. Перед Россией я был в Германии. И хочу вам сказать, что наши клиенты – немецкие автопроизводители очень воодушевлены союзом Samsung и Harman. Они спрашивали меня: когда вы сможете дать нам представление о том, что теперь будут способны поставлять нам Samsung и Harman?

А спектр будет самый широкий, вплоть до систем автономного движения.

Сейчас никто этого еще не делает. Google пытается, Apple заявила, что, возможно, попробует. Посмотрите, какая консолидация идет на рынке: Intel купила Mobileye, Qualcomm купила NXP. Цель всех этих сделок одна: создать новые цепочки добавленной стоимости. В случае Samsung и Harman такая цепочка определенно создана.

Возвращаясь к вашему вопросу, что изменилось в компании. Культура Samsung такова, что эта компания хочет расти быстро, прибыльно и развивая инновации. Samsung – это крупнейшая технологическая компания в мире, пятый по силе бренд в мире, они тратят $7 млрд на R&D в год. Они хотят, чтобы Harman росла в 2 раза быстрее [чем до сделки]. В этом направлении изменения в компании будут.

Samsung не стал отказываться от названия Harman, вся команда топ-менеджеров, включая меня, продолжила работать в компании. Наши каналы дистрибуции остались прежними. Вернее, мы можем решать, как мы будем действовать: использовать свои собственные каналы или очень мощные каналы Samsung. В ближайшие 6–12 месяцев мы сможем более точно оценить масштабы синергии, но эта синергия будет использована не для сокращения издержек, а для более быстрого роста.

Кто кого нашел и когда начались переговоры о поглощении?

Теперь это уже открытая информация: представители Samsung вышли на Harman, и через девять недель после первой встречи мы объявили о сделке. Что доказывает, насколько быстро может действовать Samsung.

У больших корейских компаний специфическая культура, сильная иерархия. Вас это не испугало?

Да, культуры народов различаются – в Америке, Корее, России, Индии, откуда я родом. Но что у Samsung и Harman общего – это культура инноваций, культура обслуживания клиентов. Мы очень клиентоориентированные компании, несмотря на разные масштабы: 300 000 сотрудников в Samsung и 30 000 – в Harman. Но нам было сказано: Harman – самостоятельная компания в рамках Samsung, вы сохраните свой бренд и сможете пользоваться всеми ресурсами для более быстрого роста.

Я думаю, что в результате этой сделки мы сможем учиться друг у друга. Samsung сможет учиться клиентоцентричности Harman в автомобильной индустрии. И тому, какое портфолио брендов мы смогли создать, и как мы дифференцируем Mark Levinson, JBL, Infinity, Lexicon, AKG и проч. Я надеюсь, что Samsung сможет увидеть ценность в плоском операционном подходе Harman. Я напрямую получаю 17 отчетов [из разных подразделений]. И я люблю это, потому что благодаря этому я сохраняю связь с тем, что происходит.

Думаю, что у Samsung более традиционная азиатская структура. Но лишь 1/3 из ее 300 000 сотрудников работают в Корее. Только в США в R&D Samsung работает 20 000 человек! То есть это вполне глобальная компания. Но она все еще учится представлять себя в России российской компанией, в Америке американской компанией – то, что уже хорошо умеет Harman.

Годовой оборот независимой компании Harman превышал $7 млрд. Вы ожидаете большого роста продаж в этом году или синергия проявится позже?

Мы будем расти ежегодно. Но серьезный синергетический эффект проявится несколько позже. Например, в автомобильном секторе заказ, полученный сегодня, превратится в прибыль три года спустя. Но наша сделка не для достижения краткосрочных результатов: она имеет 5, 15, 30-летние горизонты.

Будет ли Harman, как «дочка» Samsung, серьезно увеличивать инвестиции в R&D?

Harman была рекордсменом по инвестициям в R&D среди компаний своего размера, а Samsung – своего. Мы тратили на R&D 6,5–7% и рассчитываем сохранить траты на этом же уровне или даже выше. Поскольку, как я уже говорил раньше, быстрый рост технологий потребует больших инвестиций.

Откуда придут эти инвестиции в R&D – Samsung предоставит Harman дополнительные средства или позволит вам тратить больше из прибыли на новые разработки?

Может быть и то и другое – в конечном счете мы одна компания. У Samsung-Harman теперь общий совет директоров, который сообща выбирает более эффективные решения. Samsung – очень прибыльная компания с запасом наличности $100 млрд; если мы поймем, что нам необходимо больше инвестиций и сможем обосновать это, мы получим доступ к финансированию.

Вы упомянули про общий совет директоров. Как теперь устроено управление Harman?

Совета директоров, как у публичной компании, у Harman больше нет. (А совет директоров публичной компании принимает в том числе решения, которые не несут прямой пользы бизнесу.) У нас теперь компактный совет из четырех человек: трех топ-менеджеров из Кореи и меня самого. Когда мы встречаемся, то говорим о реальных бизнес-проблемах, о том, как их решать и обеспечивать рост. Менеджеры, которые рапортуют мне, не входят в совет директоров.

Бизнес Harman состоит из четырех подразделений: Connected Car (44% доходов), Lifestyle Audio (32%), Professional Solutions (14%) и Connected Services (9%). Harman совместно с Samsung собирается предложить клиентам единую цифровую экосистему, соединяющую человека и его устройства в доме, на прогулке, в автомобиле, в общественных помещениях. Как изменится бизнес Harman в связи с этим: какие ваши подразделения будут расти быстрее, какие медленнее?

Я не думаю, что будут значительные изменения. Потому что, например, подразделение Connected Services – это клей, который связывает три остальные подразделения Harman, так как он разрабатывает решения, которые требуются им всем: облачные сервисы, алгоритмы, кибербезопасность. И Connected Services будет очень полезен для решений Samsung.

Благодаря профессиональным компетенциям Harman в аудио в сочетании с экспертизой Samsung в видео мы вскоре станем бесспорным мировым лидером в разработке [профессиональных] аудиовидеорешений.

Наше третье подразделение, Lifestyle, включает себя брендированные бытовые и автомобильные аудиосистемы. Samsung тоже присутствует в аудиобизнесе и делает это хорошо, пусть и с одним брендом, – они, например, мировые лидеры в сегменте саундбаров с долей 26%. Но с нашими брендами возможно сегментировать рынок: ультралюксовые продукты, люксовые, премиум. Синергия возможна и здесь: мы будем пользоваться их производственными возможностями, чтобы нарастить выпуск, они будут пользоваться нашим брендингом. В том, что касается потребительского аудио, Harman – самый быстрорастущий бренд в мире: 20–25% в год. Мы продали 40 млн переносных колонок за пять лет. И мы занимаем 2-е место на рынке наушников в России.

40 млн колонок всех ваших брендов совокупно?

Harman/Kardon и JBL лидируют в сегменте переносных колонок. То же самое касается наушников. Мы верим в качество, не в маркетинг. Если вы делаете прекрасный продукт, то можете рассказывать яркую историю. Но если у вас есть история, но нет продукта, то такая история не проживет долго.

Вы действительно уверены, что качество звука переносных колонок для потребителей важнее логотипа, который на них нанесен? Я где-то читал, что разницу в звуке между аппаратурой hi-end и hi-fi слышат только 5% людей.

А это как раз наша работа – образовывать слушателей. Никому не хочется быть обманутым – все хотят понимать, что у них продукт с отличным звуком, отличным дизайном, и когда люди это получают, они говорят: вау! И тут начинается брендинг. Здесь у нас еще много работы – думаю, что в сегменте наушников Harman может вырасти еще в 2–3 раза.

И, наконец, наше подразделение Connected Car – оно вообще не имеет дублирований с Samsung. Harman – лидер в сфере технологий подключенного автомобиля, по количеству единиц узлов [поставляемых автопроизводителям] Harman – № 1 в мире. У Samsung множество технологий, которые также могут быть использованы автопроизводителями: камеры, 3D-сенсоры, лидары, дисплеи, они № 1 в мире в области электронной памяти, они № 2 в мире в сфере однокристальных систем. Если объединить знания и технологии Samsung и Harman, мы превратимся из поставщика технических решений (чем Harman является сейчас) в поставщика первого уровня для автопрома. Одним словом, перед нами открываются прекрасные перспективы. Осталось реализовать этот потенциал.

Harman будет разрабатывать не только салонные системы подключаемого автомобиля, но и внешние, включая системы автономного движения?

Именно так! Поэтому Samsung и купил Harman. И теперь мы совместно работаем над системой, которую назвали Highly Automatic Driving, а немецкие, американские и японские автопроизводители уже просят нас провести для них развернутую презентацию – что эта система будет уметь, когда и на каких этапах. В отличие от наших конкурентов и партнеров мы сделали однозначное заявление: мы не хотим строить собственные автономные автомобили, но собираемся стать поставщиками автопроизводителей во всем, что касается автономного движения, электроники, сбора и обмена данными, контента, компьютерной безопасности.

Прежде чем автомобили с новыми функциями поступят в продажу, необходимо их тщательно протестировать. Но я вам могу сказать, что уже в этом году в новом автомобиле немецкой марки появится наш интеллектуальный ассистент движения, который мы называем IA. Это новый уровень ассистента, который проактивно направляет ваш автомобиль и способен самообучаться, исходя из манеры вождения владельца.

Эти системы искусственного интеллекта автомобиля будут развиваться, но они требуют больших инвестиций не только со стороны производителей автомобилей и комплектующих, но также инвестиций в дорожную инфраструктуру, т. е. речь идет о государственно-частных партнерствах. Государство должно устанавливать стандарты, какие-то протоколы будут уникальными для каждой из стран, какие-то – глобальными. «Глонасс» – отличный пример. Мы также будем работать над этим, чтобы устанавливаемые стандарты поддерживались соответствующими технологиями.

Samsung и Harman не одиноки в разработке систем автономного движения и автомобильных экосистем. Аналогичную работу ведут и технологические компании – Google и Apple, – и практически все ведущие автопроизводители. Вас беспокоит эта конкуренция, появление альтернативных и, возможно, несовместимых между собой решений?

Мы это приветствуем: конкуренция нужна, а выиграет сильнейший. Я совсем не уверен, что решение Samsung и Harman будет единственным. Но я верю, что наше будет одним из лучших – как те продукты и решения, что мы предлагали все эти годы. Станет ли Google игроком на этом рынке? Абсолютно точно! Нам нужно, чтобы Google добился успеха, чтобы Baidu добилась успеха. Нужен масштаб, нужны объемы, консолидация. Развитие технологий – это очень капиталоемкий бизнес. То, что могут себе позволить Samsung или Google, очень многие компании просто не могут позволить. Samsung – $230-миллиардная компания с большими вложениями в R&D.

Я полагаю, что через 10 лет на поле технологических решений для автономного движения, на котором мы сейчас начинаем работать, будет не больше 4–5 глобальных игроков. Сейчас многие пытаются выйти на этот рынок, осуществляя небольшие инвестиции в те или иные технологии, и Harman тоже пыталась остаться в гонке, но теперь, когда мы вместе [с Samsung], мы можем двигаться гораздо быстрее. Это шахматная игра: шах и мат

Четыре-пять глобальных игроков, предлагающих свои решения для автономного движения, – это значит 4–5 разных технологий. Но автомобили, движущиеся по дорогам в автономном режиме, должны уметь общаться между собой, обмениваться информацией о пробках, ДТП. Как это обеспечить?

Необходимо государственно-частное партнерство. Samsung или Google не смогут построить большие дата-центры в России, Китае или Германии. Вернее, мы сможем, но нам необходимо соответствовать национальным стандартам и протоколам, чтобы иметь возможность обеспечивать обмен данными между автомобилями, между городами одной страны, но также и между разными странами. Поэтому я и говорю, что нужен масштаб. Harman не может влиять на формирование национальных стандартов, Samsung – может, потому что это очень большая компания.

Но я очень большой поборник конкуренции. Конкуренция сделала Harman той компанией, которой мы стали. И союз Samsung с Harman должен дать толчок большим компаниям, таким как Google, Apple, Microsoft, Intel: нужно делать что-то столь же решительное.

советуем прочитать

* деятельность на территории РФ запрещена

Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи
советуем прочитать
Жизненный цикл компенсационного пакета СЕО
Гомез-Мехия Луис,  Мартин Джеффри,  Уайзман Роберт