Agile для детей и супругов: как гибкие методы помогают в семейной жизни | Harvard Business Review Russia
Профессиональный и личностный рост

Agile для детей и супругов: как гибкие методы помогают в семейной жизни

Брюс Фейлер
Agile для детей и супругов: как гибкие методы помогают в семейной жизни
Фото: kumacore/Getty Images

Сейчас многие семьи по всему миру лезут на стену в самоизоляции и отчаянно ищут новые техники, которые помогли бы им укротить свой домашний хаос. Моя семья, как и многие другие, применяет одно проверенное временем решение, пришедшее из неожиданного источника — гибкой методологии разработки программного обеспечения. 

Общеизвестно, что нагрузка на работающих родителей сейчас огромна. Эллен Галински из Института семьи и работы спросила у тысячи детей: «Если бы вам можно было загадать одно желание о ваших родителях, каким бы оно было?» — и предложила их родителям спрогнозировать ответы. Родители выбрали вариант «Проводить с ними больше времени» и ошиблись. Больше всего голосов набрало желание «Чтобы родители меньше уставали и волновались».

Так как же мы можем понизить уровень стресса и помочь семьям стать счастливее?

Последние 15 лет я пытаюсь найти ответ на этот вопрос, встречаясь с семьями, учеными и экспертами от основателя Гарвардской школы переговоров и разработчиков онлайн-игр до банкиров Уоррена Баффета. Я опубликовал свои выводы в бестселлере «Секреты счастливых семей» и недавно поймал себя на мысли о том, что активно применяю многие из изложенных там идей в это напряженное время. Лучшее из найденных мной решений, возможно, самое простое: проводить регулярные совещания членов семьи, чтобы обсудить, насколько успешно вы ею руководите.

Первая гибкая семья

Несколько лет назад мои изыскания привели меня в дом семьи Старров в городе Хидден-Спрингс, штат Айдахо. Старры — обычная американская семья, в которой не обходится без обычных американских семейных проблем. Дэвид — программист, Элеанора — домохозяйка. Когда я приехал, у них было четверо детей в возрасте от 10 до 15 лет. 

Как и многие родители, Старры оказались в центре бесконечного конфликта между счастливой семейной жизнью, на которую они рассчитывали, и своей настоящей жизнью, выматывающей и оглушительной. «Я попробовала жить по философии »Люби их, и все получится», — сказала мне Элеанора. — Но она не сработала. Я сказала: »Господи, помилуй, я так больше не могу»». 

Следующий ход Старров вызывает удивление. Вместо того чтобы обратиться за помощью к родителям, ровесникам или специалистам по семейным проблемам, они начали искать решение в профессиональной деятельности Дэвида. В частности, они стали использовать изучаемый и преподаваемый Дэвидом подход к решению коммерческих проблем — методологию гибкой разработки. Данная техника так хорошо сработала в их семье, что Дэвид написал статью об этом, и его идея стала распространяться.

Когда мы с моей женой Линдой начали действовать по этому сценарию у себя дома, еженедельные семейные совещания быстро стали самой важной из идей, которые мы вписали в свою жизнь после рождения наших детей.

Три вопроса

Идея гибкой разработки появилась в 1980-х годах во многом благодаря лидерскому таланту Джеффа Сазерленда. Отслужив во Вьетнаме летчиком-истребителем, Сазерленд стал главным технологом в финансовой фирме из Новой Англии. Там он начал замечать, насколько дисфункциональна была разработка программного обеспечения. Компании использовали «каскадную модель», в соответствии с которой руководители обрушивали на измученных программистов свои амбициозные приказы. «83% проектов сдавались с опозданием, не укладывались в бюджет или вовсе проваливались», — рассказал мне Сазерленд.

Он разработал новую систему, в которой идеи поступали не только сверху вниз, но и снизу вверх. В рамках нее также были созданы группы, реагировавшие на изменения в реальном времени. Центром системы стало еженедельное совещание, способствовавшее коллегиальному принятию решений, открытой коммуникации и постоянной адаптивности.

Такие совещания легко повторять в семьях. Мы с женой начали проводить их по воскресеньям после обеда, когда нашим дочерям-двойняшкам было пять лет. Собравшись за столом и немного побарабанив по нему в качестве ритуала, мы, следуя модели гибкой разработки, задаем три вопроса: 

  1. Что получилось у нашей семьи на этой неделе?

  2. Что не получилось у нашей семьи на этой неделе?

  3. Над чем мы согласны поработать на следующей неделе?

С самого начала наши дочери стали выдавать поразительные вещи. Что получилось у нашей семьи на этой неделе? «Перестать бояться ездить на велосипеде», «Лучше заправлять кровати». Что пошло не так? «Не получалась математика», «Не получалось здороваться с гостями у двери».

Как и большинство родителей, мы обнаружили, что наши дети — своего рода Бермудский треугольник. Слова и мысли попадали в них, но мало какие из них возвращались. Эмоциональные жизни девочек были для нас невидимыми. Семейные совещания дали нам редкую возможность узнать их заветные мысли. 

советуем прочитать
Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи
советуем прочитать
Почему хорошие руководители ­принимают плохие решения
Кемпбелл Эндрю,  Уайтхед Джо,  Финкельстайн Сидни