Лидерство / Психология

Кризис с умом

Кризис с умом

30 марта 2018|Юлия Фуколова

Как стрессы и финансовые кризисы влияют на психику, почему бизнесмены находятся в зоне риска и к чему приводит увлечение биохакингом? Об этом рассуждает доктор медицинских наук, заведующий отделением клиники психиатрии им. С. С. Корсакова при Первом Московском государственном медицинском университете имени И. М. Сеченова Дмитрий Данилов.

HBR — Россия: Как наука определяет психически нормального человека?

Данилов: Общепринятого медицинского определения состояния «психической нормы» до сих пор не существует. Наиболее подходящая трактовка — комфортное восприятие человека самим себя и его гармоничное существование в обществе.

Да, но социум часто отвергает ­нестандартных людей.

Вопрос щекотливый. Все слышали про скандально известного художника Петра Павленского — он прибивал свою мошонку к брусчатке на Красной площади, а недавно поджег Банк Франции. У его действий нет внятной цели. Кто он — человек с нарушенной психикой или просто слишком яркая индивидуальность? Среди психиатров развернулась целая полемика, как относиться к эпатажным поступкам Павленского, и однозначного мнения по этому вопросу нет.

А есть ли значимая связь между ­выдающимися достижениями и психическими отклонениями?

Среди гениев число психически больных действительно выше, чем в среднем среди популяции. Выдающиеся люди не только имеют задатки в той или иной творческой области, но и обладают нестандартным мышлением, иначе воспринимают мир или свое внутреннее состояние. Этому вопросу посвящено множество патографических портретов — научных эссе, анализирующих особенности психики гениев. Не так давно в России издали серию книг немецкого профессора Антона Ноймара, посвященную особенностям психики гениальных художников, выдающихся композиторов и великих диктаторов. Например, Михаил Врубель и ряд других гениальных личностей наблюдались в университетской психиатрической клинике, сотрудником которой я являюсь.

А что можно сказать про лидеров корпораций? Многие из них имеют изъяны характера.

Вряд ли лидеры крупных компаний страдают серьезными психическими заболеваниями. Скорее, среди них преобладают люди с особым характером, так называемые акцентуированные личности. Какая-то их черта просто сильно выпячена, и при благоприятных внешних факторах это дает им возможность занять лидирующие позиции. Хочу подчеркнуть, что акцентуации не являются психическими расстройствами. Как раз наличие подобных личностей способствует преодолению «серого» существования общества и делает нашу жизнь интереснее.

Какие вопросы решает современная психиатрия?

Основное направление — генетические исследования. Психические болезни связаны с нейрохимическими процессами в головном мозге — например, не вырабатывается (или, наоборот, чрезмерно вырабатывается) какое-то вещество. Или, скажем, вещества достаточно, но оно утилизируется слишком быстро или слишком медленно. За все это отвечает не один, а самые разные гены, и ученые пытаются выяснить, какие именно. Это понимание даст нам возможность точнее назначать лечение.

Второе направление — поиск новых медикаментов, более эффективных и безопасных. Но здесь замешаны интересы бизнеса. Например, в конце 1990-х — начале 2000-х годов фармацевтические компании разработали новые лекарства для лечения тяжелых психических расстройств, провели исследования и объявили, что эти препараты действуют лучше, чем старые. Врачи поверили рекламной кампании, но в ряде случаев надежды не оправдались. Новые лекарства действовали не очень хорошо и имели другие побочные эффекты, иногда более серьезные, чем раньше. В итоге пострадали многие пациенты: врачи не смогли затормозить развитие болезни, пока это было возможно.

С какими проблемами чаще всего обращаются к психиатрам?

Если не брать тяжелые заболевания, то люди жалуются на проблемы со сном, длительную тревогу, внезапные состояния паники, разнообразные страхи, ощущение мрачности настоящего и бесперспективности будущего. Поводом для обращения может быть постоянная усталость, упадок сил или, скажем, неприятные ощущения в теле, не связанные с физическими заболеваниями. Все эти симптомы составляют картину неврозов и субдепрессий — очень мягких психических расстройств, вызванных стрессовой ситуацией и психологическими перегрузками. Бытует мнение, что подобные проблемы обычно встречаются у женщин или людей, находящихся в нестабильном социальном положении, но это не так. Все чаще к нам обращаются успешные мужчины, принадлежащие среднему классу.

Бизнесмены находятся в группе риска?

Современный бизнес — это высокие темпы, стресс и большая ответственность. У отдельных менеджеров проблемы могут быть столь затяжными, что приводит к дезорганизации их социальной жизни, снижению работоспособности. Другая проблема — злоупотребление алкоголем. Стремление снять стресс при помощи спиртных напитков незаметно вызывает формирование зависимости. Впрочем, современный уровень культуры привел к снижению алкоголизма, которым представители бизнеса часто страдали в 1990-е гг.

А как на психическое здоровье влияют финансовые кризисы?

Исследователи доказали, что процент тяжелых психически больных в обществе примерно одинаков и не связан с социальными проблемами. Это так называемые эндогенные заболевания (например, шизофрения), которые зависят от генетических факторов. А вот число психогенных заболеваний, возникающих под влиянием стресса, в моменты кризисов увеличивается. Люди теряют работу, не могут найти новую, их деньги сгорают в банках. В последнее время часто обращаются банковские служащие — многие из них оказались не у дел. Руководитель одного банка, у которого отозвали лицензию и завели уголовное дело по факту мошенничества, впал в тяжелую депрессию, человек даже думал о суициде. Однако депрессии и неврозы успешно лечатся. Мы используем различные нелекарственные методы или мягкую лекарственную терапию, и пациенты возвращаются к обычной жизни.

Внезапное банкротство и другие не­удачи могут разрушить психику. А если человек внезапно разбогател, такого не происходит. Почему?

Резкий рост благосостояния — это тоже стрессовый фактор, но со знаком плюс. Он редко приводит к развитию психической патологии, потому что здесь нет внутриличностного конфликта, когда ожидания не совпадают с реальностью. Большинство людей мечтают поймать удачу за хвост. Однако этот стресс может вызвать характерологические изменения — человек становится надменным или, скажем, впадает в эйфорию, теряет инстинкт самосохранения. В 1990-е годы было много таких случаев. Бизнесмен быстро разбогател, купил самую крутую машину, но все закончилось трагической аварией по его вине.

Некоторые люди сегодня увлекаются биохакингом и стремятся разными способами улучшить состояние своего тела и мозга. Как к этому относиться?

Понятие «биохакинг» появилось совсем недавно. Это целый комплекс мероприятий — коррекция питания, физической активности, сна, внутреннего биологического состояния организма, продуктивности и т. д. Их цель — профилактика развития заболеваний, увеличение качества и продолжительности жизни. Каждая новая методика вызывает ажиотаж у потребителей, но ее эффективность сначала нужно доказать. Здоровый образ жизни и физические нагрузки можно только приветствовать, что же касается медикаментов, то хочу вас расстроить — чудесной таблетки не существует. Есть препараты, которые могут помочь с конкретной проблемой — например, справиться с усталостью, поддержать тонус или, наоборот, хорошенько выспаться. Здоровым людям их назначают только на короткое время. Если у человека нет эндокринных заболеваний, вмешиваться в гормональный статус небезопасно.

А что вы думаете про трудоголиков? В Японии даже есть термин «кароси» — смерть от переработки.

Термин «кароси» появился в Японии в 1980-е годы, он означает внезапную смерть человека трудоспособного возраста, обычно от острой сосудистой патологии (инфаркт или инсульт). Причиной считают профессиональный стресс и постоянные переработки. Но изучение проблемы находится в зачаточном состоянии. В основной базе научных медицинских публикаций, составляемых Национальным институтом здоровья США, очень мало работ по этой теме. Есть методические сложности — как доказать четкую взаимосвязь между смертью человека и воздействием профессионального стресса. К тому же ни корпорации, ни государство не заинтересованы в появлении статистики по этой проблеме. По России официальных данных точно нет.

Из-за переработки возникает синдром хронической усталости. Насколько это распространенное явление?

Синдром хронической усталости — понятие модное, но оно давно описано и хорошо изучено врачами как состояние астении. Его проявления — слабость, упадок сил, раздражительность, нарушение сна, ослабление концентрации внимания, снижение работоспособности. Можно вспомнить, например, фильм Киры Муратовой «Астенический синдром», вызвавший резонанс в советское время. По сюжету его герои переживают схожие нарушения. Основная причина развития такого состояния — длительная однообразная профессиональная деятельность. Человек не получает удовольствия от своей работы, и никаких других отдушин у него нет. Были описаны случаи, когда синдром хронической усталости превращался в мини-эпидемию в рамках целого коллектива.

Хроническая усталость как-то связана с эмоциональным выгоранием?

Да, у этих состояний сходны проявления и причины, и в последнее время авторы учебников объединяют две проблемы в одну. Люди испытывают разочарование в себе, недовольны профессиональными достижениями, формально выполняют обязанности. Здесь очень многое зависит от действий руководителя. Встряхнуть человека может карьерный рост, прибавка в зарплате или, скажем, реализация в непрофессиональных сферах — дополнительное образование, семья, увле­чения. Полезны различные методы релаксации «без отрыва от производства». Скажем, йога во время рабочего дня. А в Японии существует практика «инэмури» — дневной сон на работе.

Эмоциональное выгорание часто возникает у представителей помогающих профессий — врачей, учителей, даже если они довольны своей работой.

Это так. Врач должен сопереживать пациенту, но со временем у него появляется много других обязанностей, он должен заботиться о своей семье, детях. Может возникнуть ощущение, что он что-то недодает пациентам. И здесь большое значение имеет личность человека, потому что эмоциональное выгорание чаще возникает у людей с романтическим отношением к профессии. Кому-то поможет отпуск. Но лучше найти отдушину вне работы. И опять-таки многое зависит от руководителя. Надо не забывать поощрять сотрудников, пусть даже почетной грамотой. Люди сегодня стали циничными, но я сам видел, как многие искренне радуются, получив такую грамоту.

В последнее время врачи говорят про интернет-зависимость, навязчивое стремление быть постоянно на связи. Насколько тяжелыми могут быть подобные состояния?

Интернет-зависимость — одна из актуальных проблем современной психиатрии и аддиктологии (область медицины, которая изучает болезни зависимости). Любой из нас проводит часть своего времени в интернете, но некоторые настолько поглощены сетью, что это приобретает характер патологического влечения, подобно алкоголизму или наркомании. Последствия могут быть разными — одни систематически опаздывают на работу, на встречи, другие полностью выключаются из социальной жизни. Это одно из наиболее сложных расстройств в плане лечения.

Многие сегодня живут в соцсетях, и отсутствие реакции со стороны френдов влияет на психику. Нет лайков — значит, меня не ценят.

Стремление «жить напоказ» в соцсетях в большинстве случаев вряд ли можно назвать навязчивым и болезненным. Размещение фотографий, постов — это способ рассылки новостей о себе своему окружению, так люди компенсируют недостаток реального общения. Хотя способ не самый лучший, потому что теряются глубокие психологические составляющие межличностных отношений. Стремление собирать лайки и комментарии тоже не является чем-то патологичным — всего лишь естественное желание получить поощрение.

А если человек, наблюдая за красивыми картинками из чужой жизни, чувствует себя ущербным? И понимает, что его жизнь унылая и скучная?

Проблема зависти к окружающим была и раньше, просто соцсети ее обострили. Главное, научиться понимать, что картинка, нарисованная вашим окружением, и реальная ситуация могут не совпадать. Кроме того, здесь может быть и положительный момент — это стимул развивать себя и взяться за собственную жизнь.

В России многие люди боятся психиатров. И даже испытывая серьезные проблемы, обращаются к психологам или неврологам. Почему так происходит?

Многие помнят о карательной психиатрии времен СССР. Но дело не столько в этом — люди боятся попасть на учет. Один из первых вопросов, который пациенты задают психиатру: «Будет ли консультация анонимной?». Сегодня психиатрические учреждения, особенно федерального подчинения, строго соблюдают права пациента на неразглашение врачебной тайны. Муниципальные структуры — городские психиатрические больницы — иногда автоматически посылают выписку из истории болезни в психоневрологический диспансер по месту жительства пациента. Обычно это происходит в случае очень тяжелых заболеваний, проявления которых угрожают самому больному (суицид) или обществу (убийство).

Какими могут быть последствия для пациента?

При определенных диагнозах это влечет за собой социальные ограничения. Например, не выдадут водительские права. Кроме того, есть профессии с повышенным риском, где сотрудники обязаны представлять справку из местного диспансера. Врачи и учителя в их числе. Даже мы, сотрудники старейшей психиатрической клиники России, ездим и получаем такой документ.

А как же пилот авиакомпании Germanwings Андреас Лубиц, который в 2015 году устроил катастрофу самолета? Он наблюдался у психиатра, лечился от депрессии, но от работы его не отстраняли.

Здесь все индивидуально. При качественном лечении с помощью современных методов, когда доктор тщательно наблюдает за состоянием пациента, риски минимальны. Вопрос еще в том, принимает ли человек необходимые лекарства. Иногда очень сложно уговорить пациента выполнять все предписания.

Почему?

При психических расстройствах люди не всегда воспринимают свое состояние как болезненное. Например, во время обострения некоторых заболеваний у человека снижается критика. Когда острые симптомы уходят, пациент может подумать, что он выздоровел, и перестает принимать препараты. Такое бывает и при обычных заболеваниях — например, некоторые гипертоники отказываются от терапии, хотя болезнь неизлечима. Это так называемая проблема комплаенса — согласие пациента следовать рекомендациям врача.

А что делать? Невозможно стоять у каждого за спиной.

Существуют разные методы. Например, помогает индивидуальный подход, когда один врач ведет пациента на протяжении всей его жизни, между ними возникает взаимное доверие. Это сводит к минимуму риск отказа от приема лекарств и, как следствие, повторных обострений. В результате люди даже с тяжелыми заболеваниями возвращаются в состояние психической нормы.

https://hbr-russia.ru/liderstvo/psikhologiya/a26401

2018-03-30T03:00:00.000+03:00

Fri, 11 May 2018 18:39:20 GMT

Кризис с умом

Доктор медицинских наук о стрессах, финансовых кризисах и биохакинге

Лидерство / Психология

https://cdn.hbr-russia.ru/image/2018/2s/18syh9/original-1m2e.jpg

Harvard Business Review – РоссияHarvard Business Review – Россия

Harvard Business Review – РоссияHarvard Business Review – Россия