Закладки


Поделиться

URL
***

Лидерство / Эмоциональный интеллект

13 ноября 2008

Естественный интеллект

Главный герой культового сериала «Доктор Хаус» — циничный, острый на язык, непробиваемый тип, да еще и не дурак выпить. Но все это не мешает ему быть гениальным диагностиком: порой он готов закрыть глаза на мораль и даже нарушить закон, но неизменно точно определяет причину болезни. Как-то не в силах сразу поставить диагноз, доктор нашел себе советчика — больничного уборщика. Этот «не испорченный» медицинскими знаниями человек за десять долларов предлагал гениальные в своей простоте версии — и приближал Хауса к разгадке. Правда, очень скоро провидческий дар уборщика иссяк, он начал нести ахинею, и Хаус от его «услуг» отказался. Но свою роль этот человек сыграл. Профессиональная виртуозность Хауса — ничто иное, как проявление его высокого интеллекта. Именно интеллект помогает нам решать нестандартные задачи. Или не помогает — если он низок. О том, как устроен интеллект и сколько его «нужно» руководителю, редактору «HBR — Россия» Дмитрию Фалалееву рассказал доктор психологических наук, заведующий лабораторией психологии и психофизиологии творчества Института психологии РАН Дмитрий Ушаков.

— Давайте начнем с определения. Что вообще такое интеллект?

— С одной стороны, это очень сложное понятие. С другой, если уж совсем упрощать, интеллект — это то, что в повседневной жизни называют умом.

— Роли интеллекта уделяют много внимания в научной литературе, теперь вот и в деловой. Оправданно?

— Ну по крайней мере это самый сильный из известных нам предсказателей профессионального успеха. Другие — личностные свойства, мотивация, креативность и т.д. — гораздо слабее. Если говорить о роли интеллекта в профессии, то есть две закономерности. Первая вполне простая и естественная: чем сложнее профессия, тем выше значение интеллекта. Разумеется, интеллект не помешает и дворнику, но для него это не так важно, как, предположим, для биржевого аналитика. Вторая закономерность менее очевидна: чем больше человек взаимодействует с другими людьми, тем меньше роль интеллекта в его работе. Посмотрите, например, на политических деятелей: для них общение — ключевая вещь. И у них прослеживается очень интересная связь между успехом и уровнем интеллекта. При определенных обстоятельствах высокий интеллект не только не помогает политику, но может даже мешать. Почему? Чересчур умного политика группа, на которую он работает, с которой он общается, не понимает. Лидер непременно должен быть понятным тем, кого он ведет за собой. Если верить исследованиям, то оптимальный вариант — когда интеллект лидера чуть выше среднего показателя по его целевой аудитории. Скажем, у Джорджа Буша IQ — 110 баллов. Это больше, чем у среднего американского обывателя (100), но меньше, чем у среднего американского интеллигента (114). А вот IQ Билла Клинтона и Барака Обамы — вполне «интеллигентский». Но в момент избрания нынешнего американского президента все это не имело значения, поскольку IQ Буша позволял ему органично взаимодействовать с электоратом. Так что связь очень простая: как только интеллект лидера «зашкаливает», он отрывается от народа, падает — и он уже не просекает ситуацию, не успевает реагировать.

— Это правило применимо к лидерам вне политики?

— Общая закономерность такова: в тех сферах, где общения с людьми слишком много, высокий интеллект не просто не нужен — он может даже повредить. Хотя, понимая эту связь, «завышенный» интеллект можно попытаться «нивелировать». Как, например, это делает Жириновский: человек с хорошим образованием и явно высоким интеллектом, он умело работает на свою по большей части маргинальную целевую группу. Кстати, бизнес-лидеры тоже много взаимодействуют с людьми. Одно дело, если это общение с равными, и совсем другое, если речь идет о коллективе завода: слишком умный руководитель не станет «своим» для рабочих. Так или иначе, два эти параметра — интеллектуальная сложность работы и ее насыщенность общением — определяют успех интеллектуала в профессии.

— А насколько надежны популярные тесты на IQ?  — Ну, скажем, профессиональная годность программиста зависит от интеллекта на 50%. И тесты позволяют измерить уровень IQ. А будь они ненадежны, то не смогли бы обеспечить такую высокую степень предсказаний.

— То есть тестам доверять можно?

— Если они могут предсказать успех с пятидесятипроцентной вероятностью, почему нет? Правда, надо иметь ввиду, что есть еще и вторая половина успеха, и она зависит от множества факторов: где родился, какое образование получил, инвалид — неинвалид, какой ребенок в семье и т.д. и т.п.

— Может, есть и более прямые связи между интеллектом и успехом?

— Одна любопытная связь точно есть. В США в свое время проводили исследование, которое показало, что корреляция между уровнем интеллекта человека и его доходами становится тем больше, чем он старше. В молодости человек с высоким интеллектом зарабатывает меньше, чем его ровесник, но с возрастом картина меняется с точностью до наоборот — интеллектуал начинает получать больше. По моим ощущениям, мы сейчас движемся в ту же сторону, хотя я, увы, не могу доказать это на цифрах.

— Влияет ли на интеллект наследственность?

— Да, и очень сильно. Есть такой раздел науки — психогенетика, он изучает зависимость различных психических функций от наследственности. Так вот, наследуемость интеллекта, по разным оценкам, — 50—80%. Как вы понимаете, это очень много. Оставшиеся 20—50% — это влияние среды. Тоже много, но роль генов иногда может еще и расти. Скажем, в тех случаях, когда у детей много шансов реализовать свой интеллектуальный потенциал. Чем шире их возможности, чем меньше социальные различия, тем сильнее в итоге интеллект зависит от наследственности. Здесь, к слову сказать, очень много интересных взаимосвязей. Про то, что чаще всего у единственного ребенка высокий интеллект или что у взрослой матери больше шансов родить вундеркинда, знают многие. Но есть и менее известные вещи: например, что самый высокий интеллект в семье будет у старшего ребенка, и этот показатель будет снижаться с каждым последующим ребенком. То есть в среднестатистической семье самый низкий IQ будет у младшего. Но зато он, наравне с первенцем, будет наиболее творческой личностью.

— А можно сознательно влиять на уровень интеллекта?

— Можно. Правда, эта область еще слишком мало изучена. — Что влияет на интеллект, особенно взрослого человека? — Это интересно не только вам. Сейчас на Западе вкладывают очень большие деньги в программы так называемого когнитивного обучения. Но при всех стараниях результаты пока очень скромные.

— Почему? И что это за программы?

— Они основаны на одной и той же идее: решение задач якобы помогает повысить уровень интеллекта. Неважно, о каких задачах идет речь, математических или из реальной жизни. Но я думаю, что этот посыл непродуктивен. Научить человека решать задачи, даже самые сложные, можно, но только на интеллект это никак не влияет. Просто теперь он умеет решать определенный класс задач, вот и все — применить этот навык в другой деятельности он не сумеет. В свое время считалось, что на интеллекте благотворно сказывается игра в шахматы. Уже ясно, что это не так. Наверное, хороший шахматист быстрее других добьется успехов в шашках или го, но значит ли это, что он будет эффективен в бизнесе? Едва ли. Более того, объем интеллектуальных ресурсов человека ограничен. Если мы направили усилия на то, чтобы овладеть шахматами или биржевой торговлей, то на что-то другое ресурсов нам может и не хватить. Потому-то часто и получается, что великие шахматисты оказываются, мягко говоря, не так уж и умны.

— Получается, развить интеллект нельзя, только навыки?

— Я бы не был так категоричен. Просто я считаю, что попытка развить интеллект с помощью решения задач бесперспективна. Мне кажется, что развитие интеллекта и перемалывание информации — вещи несовместные. Я бы проанализировал то, как влияет на IQ ребенка его семья, например, отношение к нему родителей, эмоциональный фон. Говорить более конкретно об этом я пока не хотел бы, но копать надо в эту сторону.

— То есть в сторону педагогики, а не математики?

— Пожалуй, что так. — Я уже понял, что наука пока плохо понимает, что влияет на интеллект человека. Но можно ли хотя бы понять, к какому возрасту «наслаивается» большая его часть? — Метафора с наслаиванием, конечно, красивая, но неточная. Даже если мы говорим о наследственной части интеллекта, то ее процент на разных этапах жизни неодинаков. Как это ни парадоксально, с возрастом та доля интеллекта, за которую отвечают гены, увеличивается.

— И до какого возраста?

— Примерно до 80 лет. Есть два объяснения этого парадокса. Первое дают западные коллеги: это феномен генно-средового взаимодействия. По истечении времени роль среды в жизни человека становится меньше, потому что он все активнее подстраивает ее под себя — так, чтобы среда сама поддерживала его уровень интеллекта. А раз уменьшается значение среды — значит, растет роль генов. У меня, правда, иная версия. Я построил математическую модель, суть которой в следующем. Систему мышления человек приобретает в ходе жизни, она не дана ему с рождения. По мере этого процесса происходит взаимодействие среды и человека, и чем больше таких актов соприкосновения, тем сильнее проявляется наследственный потенциал. В том числе и интеллектуальный.

— Значит, практический опыт может благотворно влиять на IQ?

— Пожалуй.

— Развивать интеллект проблематично, но при этом можно тренировать навыки. Но в чем тогда практическая польза интеллекта? Ведь я могу просто работать над нужными мне навыками, и все.

— Есть интеллект, а есть компетентность. Вы видите разницу между умным человеком и великим ученым? Входя в профессиональную сферу, человек на основе своего интеллекта строит «машину мышления», которая помогает ему в этой самой сфере думать. И чем выше у человека интеллект, тем умнее его «машина». То есть от уровня IQ зависит профессиональный успех. Кроме того, интеллект отвечает за то, с какой скоростью вы будете осваивать новые навыки. Интеллект вам необходим, чтобы научиться, а вот когда научились — все, уже не нужен.

— Еще, как я понял, он помогает в нештатных ситуациях.

— Да, именно. Это как игра в преферанс: в большинстве случаев ум не особенно-то и требуется, но время от времени случаются такие хитрые ситуации, когда выиграть помогает именно интеллект. Если говорить упрощенно, то уровень IQ определяет способность думать в принципе. В разных областях мы мыслим по-разному, и высокий интеллект особенно явно проявляется в тех сферах, про которые мы ничего не знаем.

— Давайте вернемся к случаям, когда интеллект может навредить. Есть такая версия, что люди в бизнесе условно делятся на два типа: decision maker’ы и аналитики. У аналитиков высокий интеллект, что, якобы, мешает им принимать решения быстро, у decision maker’ов — обратная ситуация. Можете прокомментировать?

— Тут дело не в интеллекте, а в интуиции. Похожую ситуацию на примере шахмат рассматривал известный психолог, нобелевский лауреат Герберт Саймон. Интуицию он объяснял так: в сознании человека хранится некое количество готовых паттернов, шаблонов. У хорошего шахматиста их очень много, потому что, играя, он запоминает кучу комбинаций. А во время игры нужные шаблоны могут всплывать неосознанно. То же самое будет и в бизнесе: с опытом у человека накапливаются паттерны. Очень часто именно они помогают ему принимать решение. Это и есть тот самый decision maker. А пока человек не «обзавелся» шаблонами, он пытается решать задачу с помощью логики. Так что разделение по принципу «интеллектуал — неинтеллектуал» неверно, правильнее говорить «неопытный — опытный». Decision maker’ы — люди, способные интуитивно принимать те решения, для которых другим требуется логика, вот и все.

— Вы посвящаете много времени изучению творчества. Скажите, есть ли связь между интеллектом и креативностью?

— Если вы говорите о классическом книжном понимании креативности, которую можно измерить с помощью тестов, то я могу дать вам очень четкий ответ. Корреляция между интеллектом и креативностью равна 0,174. То есть она есть, но очень слабая. Но если мы берем реальную, жизненную креативность, то она тесно связана с интеллектом. Правда, все зависит от сферы деятельности.

— То есть?

— Когда некоторое время назад измеряли IQ у группы ведущих американских ученых-новаторов, этот показатель у них зашкаливал. А вот у художников или поэтов такого быть не может — это другой тип креативности. Креативность в «интеллектуальных» профессиях сильно связана с IQ, в чисто творческих — не очень.

— Нас, пожалуй, больше интересуют «интеллектуальные». И из ваших слов я делаю вывод, что в них на креативность, как и на интеллект, воздействовать нельзя.

— Ну почему, можно. Есть даже классические приемы. Известно, скажем, что креативность «заразна». Анализ жизни нобелевских лауреатов показал, что в молодые годы все они были учениками выдающихся людей, часто тоже нобелевских лауреатов. Так что, постоянно находясь рядом с творческим человеком, можно и свое творческое начало подпитать.

— А стимулировать творческое мышление можно?

— В принципе такие системы есть. Тот же самый мозговой штурм, например. Креативность достигается за счет того, что никто никого не критикует: можно без страха высказать любую, даже самую глупую идею. Кстати, не все это знают, но лучше, если во время штурма люди говорят поочередно. В противном случае всегда найдется человек, который задавит остальных. Существует еще такая система приемов, как синектика. Смысл ее в том, чтобы «подбросить» случайную мысль — это приведет к неожиданному решению. Внесение элемента случайности вообще сильный инструмент, если вы хотите активизировать нестандартное мышление. Ну например, можно взять журнал, открыть его на произвольной странице и, прочитав какое-то слово, попытаться понять, какие ассоциации оно вызывает. По идее, это может натолкнуть на нестандартную идею.

— Я где-то прочитал, что интеллект, якобы, связан даже со здоровьем. Глупость?

— Почему же, в последние годы наметилась такая тенденция. Современная медицина довольно сложная штука, и, чтобы быть здоровым, надо не только понимать, какие лекарства когда принимать, но и к какому врачу идти и в каком случае. Может, звучит и странно, но на Западе для страховых компаний это целая проблема. Исследования показали, что расходы на медицину у людей с низким уровнем IQ в три раза выше, чем у людей со средним показателем. Объясняется это просто: люди не понимают, как лечиться, к какому специалисту обращаться. Вспомните сами: лет двадцать назад в больнице человеку говорили «все, здоров» и с чистой совестью отпускали домой. Сейчас он оттуда выходит с кипой бумажек, справок, направлений, каких-то рецептов — со всем этим надо разбираться. Поэтому в повседневной жизни интеллект играет все большую роль.


Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться
  • Лев Нуртдинов
    08.07.2017

    Как прочитал определение Интеллекта, особенно простым языком по словам автора, сразу отпало желание продолжать читать статью.

    Как прочитал определение Интеллекта, особенно простым языком по словам автора, сразу отпало желание продолжать читать статью.


САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ