Закладки


Поделиться

URL
***

Бизнес и общество / Экономика

Никто не знает, как нужно регулировать интернет

05 декабря 2014

Никто не знает, как нужно регулировать интернет

Скажу вам по секрету: никто на самом деле не знает, каковы будут последствия для общества и экономики США, если Федеральное агентство по связи прислушается к призыву президента Обамы — причислить высокоскоростной интернет к коммунальным услугам (если быть более точным, к телекоммуникационным услугам). Мои слова удивят вас, особенно если вы слышали громогласные заявления враждующих сторон о том, что такой шаг или спасет интернет в Штатах, или же, наоборот, навсегда похоронит его. Но это похоже на ситуацию в академических кругах: люди спорят чуть ли не насмерть именно потому, что предмет спора столь ничтожен. В данном же случае убежденность так велика постольку, поскольку свидетельства настолько неубедительны.

Одна из ключевых причин этого — тот факт, что обе стороны в споре могут с некоторыми основаниями утверждать, что они лишь пытаются поддержать чудодейственный процесс созидательного разрушения. Президент пытается защитить принцип, известный под названием «сетевой нейтралитет» (которое в 2003 году придумал ученый-юрист Тим Ву), или «открытый интернет» (любимый термин Федерального агентства в последние годы). Этот принцип гласит, что интернет-провайдерам нельзя иметь «любимчиков» среди интернет-компаний, пользующихся их каналом. Противоположная сторона исходит из принципа, что рынок интернет-связи должен быть свободным (на жаргоне Федерального агентства интернет-связь — это «информационные услуги», в отличие от телекоммуникационных услуг). Противники регулирования утверждают, что именно конкуренция, а не госрегулирование, привнесут в эту сферу более быстрые и дешевые возможности и решения. В обоих случаях суть рассуждений такова: «До сих пор все шло нормально. Зачем все ломать?»

Краткая историческая справка: во дни коммутируемого доступа во Всемирную паутину в 90-е годы сервис телефонных компаний регулировался в качестве телекоммуникационных услуг. Эти фирмы должны были позволять интернет-провайдерам пользоваться своими витыми парами по разумным ценам, в то время как сами интернет-провайдеры классифицировались как поставщики информационных услуг, следовательно, были практически свободны поступать, как им заблагорассудится. Конечно, самый крупный провайдер, AOL, постоянно пытался назначать фаворитов, договариваясь с поисковиками или поставщиками контента, но, если вам это не нравилось, у AOL были сотни конкурентов, из которых вы могли выбрать.

Читайте материал по теме: Пусть наука станет бизнесом

Когда телефонные компании стали предлагать более быстрый интернет через технологию DSL, Федеральное агентство постановило, что к этому каналу связи должен быть доступ и у их конкурентов — интернет-провайдеров. Но когда на рынок вышли компании с оптоволокном, предлагающие еще более быструю связь, то Агентство во главе Майклом Поуэллом (в настоящее время лидером кабельного лобби) посчитала это свидетельством того, что конкуреция делает свое прекрасное дело. Поэтому в 2002 году она объявила широкополосный интернет информационной услугой, поставщики которой не должны были позволять другим провайдерам «выезжать» на их каналах. После нескольких лет судебных баталий Агентство распространила этот статус и на высокоскоростные интернет-услуги телефонных компаний. С тех пор в деле стимулирования инвестиций и защиты интересов потребителей США в основном полагались на конкуренцию между местными монополистами: телекоммуникационными компаниями и провайдерами оптоволоконного интернета.

Однако вскоре Агентство обнаружило, что поставщики скоростного интернета имеют досадную привычку блокировать неугодные им интернет-услуги. Первое решительное столкновение было с Madison River Comminications, телефонным провайдером из Северной Каролины, которая блокировала интернет-звонки компании Vonage. В 2005 году Федеральное агентство постановило прекратить подобную практику. Несколько лет спустя то же самое было с Comcast, которая блокировала BitTorrent и другие системы коллективного использования файлов за то, что они забирали слишком много трафика. В 2008 году Агентство постановило, что такое поведение «незаконно ограничивает динамические выгоды от открытого и общедоступного интернета».

Читайте материал по теме: Как вырабатывались стандарты для интернета вещей

Comcast подала в суд, и аппеляционная инстанция постановила, что, поскольку фирма поставляет слабо регулируемые информационные услуги, Агентство не имела законного права так поступать. Орган издал пересмотренное «Положение об открытом интернете», Verizon опротестовал его в суде, и та же самая апелляционная инстанция снова вынесла решение, что у федеральных властей не было на то законных полномочий.

Вот почему Агентство снова пересматривает свои правила открытого интернета и для пущей ясности своих полномочий подумывает о переквалификации провайдеров в поставщиков телекоммуникационных услуг. И вот почему господин президент призвал регулятор к такому шагу.

Кабельные и телефонные компания ну очень сильно не хотят, чтобы это случилось. Но, разумеется, именно они довели Федеральное агентство до такой жизни. На днях исполнительный вице-президент Comcast Дэвид Коэн заявил, что его фирма согласна со всеми четырьмя принципами открытого интернета, сформулированного президентом Обамой. Но его фирма нашла интересный способ выразить свою поддержку — подавать на Агентство в суд при каждом удобном случае. А когда в начале текущего года правила открытого интернета в очередной раз были попраны решением суда, она тут же заключила сделку с Netflix, которая кажется бесспорным нарушением четвертого обамовского принципа («Нет платной приоритизации»). Остается только дивиться лицемерию представителей кабельной индустрии.

Впрочем, само это лицемерие, хотя и учит нас относиться к любому заявлению из уст оптоволоконных воротил скептически, в то же время не помогает нам понять, насколько прекрасна или ужасна идея сменить статус регулирования этих компаний. Но есть один факт, которому по крайней мере можно найти подтверждение: почти половина всех развитых стран на земле уже регулирует скоростной интернет как коммунальные услуги. Также в львиной доле этих стран интернет-связь быстрее, покрытие больше, а цены на эти услуги ниже, чем в США. Трудно сказать, есть ли здесь причинно-следственная связь (об этом ниже), но становится совершенно очевидным, что больший объем регулирования отнюдь не означает стагнацию в отрасли. Частично потому, что с 30-х годов прошлого века стандартный подход к регулированию монополий претерпел значительные изменения (частично благодаря работам нобелевского лауреата по экономике этого года Жана Тироля).

Читайте материал по теме: Уроки стратегии от нобелевского лауреата по экономике Жана Тироля

Вместо ограничения потребительских цен на широкополосный интернет заморские регулирующие органы по большей части старались стимулировать конкуренцию принуждением телефонных или кабельных компаний к продаже разных видов услуг по отдельности (отказу от «пакетов услуг»). Также им предписывалось делиться своими сетями с другими провайдерами интернет-услуг — в том же ключе, как это до 2002 года делало Федеральное агентство.

Орган не занимался этим уже 12 лет, и, по сравнению с другими богатыми странами, результаты Америки, как уже говорилось, оказались ниже среднего. Но, принимая во внимание размер США и плотность населения, это не так ужасно, как может показаться (на более густонаселенных территориях вложения в высокоскоростной интернет окупаются быстрее). Но США, будучи родиной интернета, поначалу были лидером в его доступности, однако уже в 2002 году Штаты обогнали Южная Корея и несколько стран Северной Европы. Более привлекательно положение США в рейтингах, оценивающих проникновение интернета в сферу бизнеса (например, по Индексу сетевой готовности Международного экономического форума). Но даже в этом показателе Америка сдает свои позиции, переместившись с третьего места в 2008—2009 годах на седьмое в этом году.

Читайте материал по теме: Во что обходятся патентные «тролли»

Почти все страны, чье положение в рейтингах интернет-покрытия выше, так или иначе следят за открытостью Всемирной паутины. Однако экономический анализ связей между регулированием и уровнем доступа к сетям часто показывает, что открытый интернет угнетает инвестиции. Экономисты рассуждают так: если у телекоммуникационных и кабельных компаний нет надежды на монопольные прибыли, их мотивация для вложений доступных средств значительно снижается. Но это только одна точка зрения. В 2009 году гарвардский Центр Беркмана по изучению интернета и общества провел исчерпывающее исследование 38 работ по экономическому анализу связи между правовым регулированием и инвестициями в разных странах. Выяснилось, что в результатах этих анализов не наблюдается никакой закономерности — они разделились на оптимистические, пессимистические и попросту неубедительные. А еще ученые из Центра Беркмана призвали не уделять слишком серьезного внимания этим экономистам, поскольку (1) многие исследования были проплачены крупными кабельными компаниями, (2) в настоящий момент все еще недостаточно данных, чтобы плодам их анализа можно было доверять и (3) разные теоретические модели вложений в широкополосный интернет приносят слишком разные результаты. Не полагаясь на количественные выкладки, ученые посоветовали скорее обратить внимание на качественные моменты. Конкретные случаи стран с максимальным интернет-покрытием показывают, что обычно регулирующие органы играют активную роль в стимулировании и обеспечении свободной конкуренции. Однако, как правило, речь идет о малых государствах с эффективной моделью управления, готовых инвестировать в оптоволокно значительный объем налоговых поступлений. Поэтому для меня не очевидно, что именно правила открытого интернета как таковые играют решающую роль в высокой «интернетизации» общества. Возможно, что какой бы подход к регулированию ни выбрали Штаты, они все равно не смогут угнаться за более проворными соперниками в своей огромной, раздираемой политическими противоречиями и безнадежно пронизанной сутяжничеством стране с полным недоверием к инвестициям в общественную инстраструктуру.

Читайте материал по теме: Почему политика дерегулирования не поможет предпринимателям

Итак, каков наш вывод? В сфере скоростного интернета США можно назвать отстающим учеником, в лучшем случае — посредственностью. Однако в текущей дискуссии речь идет не об этом, а о том, чтобы у интернет-компаний (и некоммерческих организаций, и частных лиц) была возможность обращаться к своим потребителям (или, если шире, к некой аудитории) без противодействия со стороны Comcast и Verizon. Хотя в Америке не самые молниеносные возможности связи, интернет-сектор в Штатах — один из самых оживленных на планете, поэтому в некоторых аспектах этой отрасли они, безусловно, преуспели.

Мне кажется, что причины успеха таковы: интернет зародился именно здесь (разумеется, как госпроект), к этому моменту в Силиконовой долине уже был накоплен опыт запуска новых компаний и целых отраслей и разрушения старых, и при всем этом у интернета была открытая архитектура. Статус регулирования провайдеров скоростной связи не играл в этом решающей роли. Но я не исключаю, что конкурентные силы и Федеральное агентство могут сохранять эту открытую архитектуру в неприкосновенности даже в том случае, если Орган не распорядится считать интернет коммунальной услугой. Последние решения апелляционного суда показывают нам возможный путь, по которому и хотело пойти Агентство в своем первоначальном предложении в мае. Оно вызвало потоки гнева сторонников сетевого нейтралитета, которые и привели США к сложившейся ситуации. Каким бы ни был следующий шаг федеральных властей, можно быть уверенным, что кто-нибудь его оспорит, и дело будет решаться федеральными судьями, а, возможно, даже Верховным судом. Кажется, я уже упоминал, что американцы живут в безнадежно сутяжнической стране?

Вариантов множество. Будущее туманно. Мне кажется, будет огромным шагом вперед, если сей факт признает каждая сторона в сложившейся дискуссии.

Читайте по теме:

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться


САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ