Почему вы недовольны жизнью и работой

Почему вы недовольны жизнью и работой

18 апреля 2019|Керан Сетия

Лет восемь назад я обнаружил, что моя жизнь превратилась в рутину. Профессор философии с бессрочным контрактом в престижном университете — казалось бы, я сделал карьеру моей мечты. Я закончил аспирантуру, неутомимо следовал правилу «публикуй или погибнешь!», прошел через муки поиска постоянного контракта и повышения. Обзавелся женой, ребенком и ипотекой. Я занимался любимым делом, и все же перспектива делать одно и то же — день за днем, год за годом — начала меня удручать. Я закончу статью, опубликую ее и перейду к следующей. Я обучу нынешний поток студентов, они уйдут, и их места займут другие. Я видел свою карьеру как на ладони. И переживал кризис среднего возраста.

Я быстро понял, что не одинок. Когда я пожаловался на судьбу друзьям, они сперва начали шутить, а потом поделились похожими историями о выгорании, тупике и сожалениях, застигших их в расцвете, казалось бы, успешной карьеры. Возможно, вы слышали то же самое от своих наставников и коллег или сами переживаете нечто подобное. Недавние исследования подтверждают, что для многих средний возраст — самый трудный период жизни. В 2008 году экономисты Дэвид Бленчфлауэр и Эндрю Освальд выяснили, что график субъективной оценки удовлетворенности жизнью похож на букву U: в юности она высока, примерно к 45 годам снижается до минимума, а затем снова растет. Эта тенденция проявляется во всем мире как у мужчин, так и у женщин. График не меняется даже под действием таких факторов, как, например, рождение детей. Его кривизна плавная, но статистически значимая: средний перепад в оценках между 20 и 45 годами сравним с падением удовлетворенности жизнью после увольнения или развода.

Данные об удовлетворенности жизнью согласуются с более ранними исследованиями, касающимися работы. В статье 1996 года, основанной на опросе более 5 тыс. ­британских работников, говорится, что график удовлетворенности сотрудников также имеет U-образную форму, хотя здесь низший предел достигается раньше, в возрасте около 39 лет. Еще в 1965 году Эллиот Жак (психоаналитик, автор термина «кризис среднего возраста») обращал внимание не на пациентов среднего возраста, вступающих во внебрачные связи, а на резкие перемены в творческой жизни художников, от Микеланджело до Гогена, недовольных прежней работой.

Причины «кризиса середины карьеры» не вполне понятны. Почему удовлетворенность работой снижается в среднем возрасте? Судя по моему опыту и по рассказам друзей, причин много: разочарование, сужение круга альтернатив и засилье проектов, которые завершаются и сменяются новыми.

Обратившись за ответом к философии, я выяснил, что, хотя древние и современные мыслители мало что говорят о кризисе среднего возраста, в их трудах можно найти методы переосмысления карьеры и отношения к ней. Эти методы не только терапевтические, но и диагностические. Они помогают понять, является ли ваша неудовлетворенность признаком того, что вам нужно сменить работу, или же она говорит о том, что пора изменить свой подход к этой работе. Резкие перемены порой ведут к успеху, но они не всегда целесообразны; кроме того, есть способы справиться с разочарованием, не меняя работу.

Сожаления о прошлом

Некоторые философы говорят о необходимости принять то, что нельзя изменить. Жизнь идет своим чередом, возможностей и альтернатив становится все меньше, прошлые решения ограничивают свободу действий. Возможно, мы недооцениваем свои силы, но нельзя не признать, что каждый сделанный выбор лишает нас каких-то запасных вариантов. Именно в середине карьерного пути мы часто задумываемся о жизни, которой уже не проживем, и тоскуем по ней.

Когда-то я мечтал стать врачом, как мой отец; потом хотел быть поэтом; к началу учебы в колледже я уже выбрал философию. В следующие 15—20 лет я почти не думал об альтернативах, и это помогло мне закончить аспирантуру. Но в 35 лет, преодолев академическую «полосу препятствий», я сделал паузу и осо­знал, что уже никогда не совершу многое из того, что хотел бы. Карьера ученого довольно линейна, и ее сложно забросить. Легко ли отказаться от постоянного контракта? Конечно, я не хотел все бросать и поступать в медицинский вуз или становиться поэтом. Я мог бы разве что сменить Университет Питтсбурга на MIT — но уж точно не уйти из науки.

Ваша карьерная траектория, скорее всего, более сложна. Средний человек к 40 годам меняет больше рабочих мест, чем я. Но у нас есть кое-что общее: оглядываясь на прожитую жизнь, мы задумываемся — с облегчением или сожалением — о непройденных дорогах. Помогает ли философия справиться с этим?

Думаю, да. Философия дает возможность по-новому взглянуть на предмет сожалений. Почему мы ощущаем чувство утраты из-за непрожитых жизней или неосвоенных профессий? Мы тоскуем по ним, даже когда наши дела идут хорошо, потому что разные ­варианты ­карьерных путей не равноценны. Каждый вид деятельности привлекателен по-своему. Простой пример: сегодня вечером вы могли бы пойти на шоу известного комика или на первый матч Мировой серии. Даже если вы уверенно выберете бейсбол, вы все равно будете испытывать некоторое сожаление: если комик при­ехал в ваш город на один вечер, у вас больше не будет шанса увидеть его выступление. Сожаления по поводу карьеры — явление того же порядка. Если две компании предложат вам одинаковые позиции, вы без колебаний выберете ту, где выше зарплата. Но если вы предпочтете работу в финансовой сфере карьере в мире моды, ваши терзания будут вполне объяснимы, даже если вы уверены в сделанном выборе.

Так что сожаления не обязательно означают, что что-то пошло не так. Некоторое разочарование можно испытывать даже тогда, когда у вас все в порядке, и с ним не нужно специально бороться. Это чувство показывает, что вам интересны разные занятия. Вы не избежали бы его, выбрав моду вместо финансов: просто сожалели бы о чем-то другом. Единственный способ полностью избавиться от сожалений — сосредоточиться на чем-то одном и выкладываться только в одной сфере. Но это сделало бы вашу жизнь беднее. Напоминайте себе, что сожаления — неизбежное следствие вашего хорошего качества: способности видеть ценность во многих сферах жизни.

Ошибки, неудачи, провалы

Прекрасно, скажете вы, но ведь бывает сожаление другого типа — то, которое мы испытываем, когда дела идут плохо. Как насчет ошибок, неудач, провалов? Многие из нас когда-то принимали неудачные карьерные решения, но некоторые ошибаются чаще других. В середине жизни мы с грустью размышляем о том, что не случилось. Моя подруга бросила музыкальную карьеру, чтобы стать корпоративным юристом. Десять лет спустя эта работа показалась ей ужасно скучной, но она не столько размышляла о смене профессии, сколько сожалела о невозможности изменить прошлое. Почему она совершила ошибку и отказалась от музыки? Как ей теперь с этим жить?

И вновь на помощь приходит философия. Важно отделять то, что вы должны были сделать в прошлом, от своих нынешних переживаний по этому поводу. Разделять их легко, если события развиваются не так, как вы ожидали. Если вы сделали неразумную инвестицию, а она вдруг случайно принесла прибыль, вы не будете о ней жалеть. Но даже если все идет по плану, ваше отношение к событиям может измениться. Философ-моралист Дерек Парфит предлагал представить девочку-подростка, решающую забеременеть и родить ребенка, несмотря на отсутствие стабильности в ее жизни. Нам кажется, что это плохое решение, которое поставит крест на ее образовании и заставит ее бросить все силы на воспитание ребенка. Однако спустя годы, обнимая своего повзрослевшего сына, она будет благодарна ему и рада, что совершила эту, по сути, ошибку. Привязанность к тем, кого вы любите, поможет вам принять даже неприятные события из прошлого, если от них зависела жизнь близкого человека.

Когда моя подруга оплакивала несостоявшуюся карьеру в музыке, я ­напомнил ей, что если бы она не пошла в юридическую школу, то не встретила бы будущего мужа и у них не родилась бы дочь. Любовь — хорошее лекарство от сожалений. Аналогичным образом действует удовольствие, которое мы получаем от дружеских отношений, интересных проектов и любимых занятий. Философ Роберт Адамс писал: «Если наша жизнь хороша, у нас есть повод радоваться тому, что мы живем именно ею, а не теми жизнями, которые хоть и могли бы быть лучше, но совершенно не похожи на нашу».

Важны детали, а не абстракции. Призрачным мечтам о потенциально более успешной карьере вы можете противопоставить конкретные достоинства вашей нынешней работы. Помимо привязанности к людям, существует привязанность к взаимоотношениям и успехам, которых не было бы в другой жизни. Когда я думаю о том, что мог бы стать врачом, а не философом, и начинаю сожалеть о своем выборе, я забываю о сути своей работы и о множестве моментов, которые делают ее ценной для меня (таких, как успехи моих студентов или плодотворные беседы с коллегами). Именно конкретика помогает избежать соблазна погрузиться в мечты о непрожитых жизнях.

Этот способ переосмысления карьеры не универсален. Нельзя утверждать, что любая ошибка в итоге приводит к чему-то хорошему или что сожаления о прошлом всегда беспочвенны. Но от разочарования, которое возникает при попытке взглянуть на свою жизнь со стороны, можно избавиться, если подумать о людях, отношениях и занятиях, которые вам дороги и которые связаны с выбранной вами карьерой.

Чувство пустоты настоящего

Принятие того, что нельзя изменить, — лишь одна из сложностей, с которыми мы сталкиваемся, спускаясь по U-образной кривой. Лично меня в середине карьеры больше всего угнетало даже не сожаление о прошлом, а чувство тщетности настоящего. Моя работа все еще казалась привлекательной: я видел смысл в преподавании, исследованиях, написании статей. И все же в бесконечной цепи проектов, которая вырисовывалась в будущем, было что-то удручающее. Перспектива делать одно и то же день за днем до самой пенсии казалась самоубийством.

Как полезная деятельность может казаться бессмысленной? Одно из объяснений связано с понятием мелиоративной (улучшающей) ценности — той, которую создает решение проблемы или удовлетворение потребности (даже если вы предпочли бы этим не заниматься). Ее несут многие рабочие моменты: посредничество в конфликте между коллегами, решение неожиданных проблем при выпуске продукта, проверка соблюдения правил. Хотя все эти действия необходимы, они приносят мало удовлетворения. Если лучшее, на что мы способны, — это исправлять ошибки, выполнять план и не допускать провалов, нам трудно понять, в чем состоит абсолютное благо. Зачем тогда стараться?

Одна из причин кризиса середины карьеры заключается в том, что мы тратим слишком много рабочего времени на «тушение пожаров» и недопущение плохих результатов, а не на проекты с экзистенциальной ценностью — такие, которые придают жизни смысл. Чтобы решить эту проблему, найдите время для приятных занятий в офисе (например, начните собственный проект, который вы долго откладывали) или за его стенами (вернитесь к старому хобби или поищите новое). Этот совет кажется банальным, но в нем есть глубокий смысл. Танцы и коллекционирование марок, конечно, не так важны, как ваша работа, но экзистенциальная деятельность обладает той ценностью, которой нет у мелиоративной. Нужно впустить такие занятия в свою жизнь.

Чувству апатии в середине карьеры есть и другое объяснение, не связанное с экзистенциальной ценностью. Когда мы философски смотрим на природу проектов и наши инвестиции в них (будь то научная статья, деловое соглашение или создаваемый продукт), мы можем заметить их структурный недостаток. Цель этих проектов — их завершение. Например, когда я пишу эту статью, я сосредоточен на цели, которой еще не достиг, но эта цель останется лишь в моей памяти, как только я поставлю последнюю точку. Удовлетворение всегда где-то в будущем или в прошлом; неудивительно, что настоящее кажется пустым. Еще хуже, если проект действительно важен для вас: момент радости маячит где-то впереди, но участие в проекте омрачает его. В процессе работы вы либо терпите неудачу (что плохо), либо преуспеваете и тем самым лишаете себя того, что наполняло вашу жизнь смыслом.

Одна из форм кризиса середины карьеры связана с чрезмерными инвестициями в проекты, требующие все новых достижений. Но есть и другие пути. Сегодня популярна идея осознанности, и вы, возможно, уже устали от советов «жить в настоящем». Ничего не имею против этой идеи, но фраза, вырванная из контекста буддийских представлений о несуществовании субъекта, звучит непонятно. Однако у концепции жизни в настоящем есть и четкая неметафизическая интерпретация.

Ее суть состоит в разделении двух видов деятельности. Проект — это пример телической деятельности, так как он нацелен на конечное состояние, которое еще не достигнуто. (Термин происходит от греческого слова telos, означающего «конец» или «цель».) Такая деятельность направлена на свое завершение. Вы готовите предложение для клиента и выступаете с ним; ведете переговоры о сделке и заключаете ее; планируете и проводите конференцию. Достижение цели на миг приносит радость, но затем начинается новый проект.

Но есть и ателические занятия, которые не предполагают четкого завершения. Подумайте о разнице между дорогой домой и воскресной прогулкой; или между укладыванием детей в постель и их воспитанием в целом. Ателическая деятельность неисчерпаема, и она не ведет к опустошенности, как проекты, завершение которых всегда в будущем или в прошлом. Ателические занятия полностью охватывают текущий момент.

На работе мы занимаемся обоими видами деятельности. Например, написание отчета по кадрам — это телическое действие, а сбор обратной связи от коллег — ателическое. У большинства телических занятий есть важные ателические аспекты: работая над сделкой, вы помогаете компании реализовать ее стратегию роста; проводя конференцию, привлекаете отраслевых стейкхолдеров. Так что у вас всегда есть выбор — сосредоточиться на срочной или бессрочной деятельности, то есть на проекте или на процессе. Снизив зависимость от проектов, вы сможете постепенно избавиться от чувства пустоты, не меняя сферу деятельности и эффективность работы.

Это возвращает нас к проблеме диагностики. Как понять, когда разочарование в карьере — сигнал к смене курса, а когда нужно просто изменить свое отношение к работе? Вы можете испытывать профессиональную неудовлетворенность по разным причинам: вам не подходит эта работа, у вас изменились интересы или вы не видите карьерных перспектив. Но недовольство может быть вызвано сожалением о прошлом или саморазрушительной природой проектов, и тогда поиск новой работы не поможет. Проработка стратегий, которые я описал, — шаг к пониманию происходящего. Достаточно ли их, чтобы примирить вас с недостатками вашей карьеры? Если нет, вам стоит задуматься о смене деятельности. Менять что-то в середине жизни еще не поздно: кризис середины карьеры может подтолкнуть к радикальным и вдохновляющим переменам.

Но даже если вы смените курс, помните о тактике, которая когда-то помогла мне справиться с неудовлетворенностью и вернуть радость от работы. Смиритесь с тем, что при любом раскладе вы обязательно что-то упустите, и не пытайтесь это изменить. Помните, что наши привязанности — это противоядие от сожалений. Найдите время для занятий, несущих экзистенциальную ценность. И наслаждайтесь самим процессом работы, а не только проектами или продуктами.

Об авторе. Керан Сетия (Kieran Setiya) — профессор отделения лингвистики и философии MIT, автор книги «Midlife: A Philosophical Guide» (Princeton University Press, 2017).

https://hbr-russia.ru/karera/professionalnyy-i-lichnostnyy-rost/797137

2019-04-18T09:35:25.000+03:00

Thu, 18 Apr 2019 07:22:53 GMT

Почему вы недовольны жизнью и работой

Что такое кризис середины карьеры и как его преодолеть

Карьера / Профессиональный и личностный рост

https://cdn.hbr-russia.ru/image/2019/29/ygg5p/original-18nm.jpg

Harvard Business Review – РоссияHarvard Business Review – Россия

Harvard Business Review – РоссияHarvard Business Review – Россия