«Для меня не проблема признать: я облажался, давайте все поменяем» | Harvard Business Review Russia
Психология

«Для меня не проблема признать: я облажался, давайте все поменяем»

Александр Воробьев/"Ведомости"
«Для меня не проблема признать: я облажался, давайте все поменяем»

Тони Фернандес признает: он любит рассказывать похожую на сказку историю AirAsia в надежде, что она вдохновит слушателей. В 2001 году Фернандес оставил руководящий пост в южноазиатском подразделении Warner Music, заложил дом и купил с партнером у госкомпании стоящую на пороге банкротства AirAsia Berhad, имевшую $10 млн долгов, два старых самолета, но зато 250 сотрудников. Авиакомпания стала первым лоукостером в Азии, модель оказалась востребованной: уже через год AirAsia рассчиталась с долгами, в 2003 году начала создавать дочерние авиакомпании с крупными местными партнерами в Индонезии и Таиланде и все время стремительно росла. Сейчас в AirAsia Group восемь авиакомпаний под одним брендом, в парке у них 181 самолет, в этом году группа планирует перевезти 60 млн пассажиров.

В 2007 году Фернандес с партнерами создали сеть отелей эконом-класса Tune Hotel – сейчас это 32 гостиницы, из них 18 в Малайзии, восемь в Великобритании, остальные в Индонезии, Индии и Кении. А в 2010 году он начал инвестировать для души: купил автогоночную команду Formula 1 (выступала в сезонах 2010–2014 годов – сначала под названием Lotus, с 2012 года – Caterham), в 2012 году купил английский футбольный клуб Queens Park Rangers.

Еще бизнесмен известен неформальным стилем одежды и общения, за что его часто сравнивают с эксцентричным миллиардером Ричардом Брэнсоном.

В марте Фернандес написал в Twitter, что AirAsia X, которая оперирует парком дальнемагистральных судов, хочет летать в Россию. В октябре он впервые посетил страну и рассказал, что укрепился в этом намерении.

В Россию с любовью

– Вы приняли окончательное решение – будете летать в Россию?

– Будем. Лично я – «за». Сегодня особенно: я впервые в России и получил наслаждение от прогулки по Красной площади, общения с людьми. Уже отправил сообщение своей команде, что надо начинать действовать, мы можем летать в Москву из Бангкока и Куала-Лумпура. Первым будет Бангкок, моя команда оценивает это направление. Правда, я очень демократичен, они могут меня просто игнорировать (смеется). Но большинство в команде восприняло тему позитивно. Я буду ее подталкивать.

– Когда думаете начать? С какой частотой?

– Ежедневно, это точно. Я хочу начать как можно скорее. Но это зависит от получения направлений, разрешений и т. д. Не могу точно сказать. Надеюсь, через шесть месяцев.

– В какой московской аэропорт полетите?

– Не имею понятия. Кто предложит лучшие условия – это решит моя команда. А вы бы в какой предпочли?

– В Москве три больших развитых аэропорта...

– Да-да, три.

– ...и недавно открылся четвертый – небольшой, позиционирующийся в том числе как аэропорт для лоукостеров.

– О! Тогда пойдем туда, если, конечно, предложат лучшие условия. Как он называется?

– «Жуковский».

– «Жу-ков-ский»? Я не знал об аэропорте для лоукостеров, это хорошая информация. А людям туда легко добраться? Он далеко от центра Москвы?

– Конкуренты [аэропорта] говорят, что добираться очень сложно. Сам аэропорт – что просто.

– Мы это проверим. Хотя я думаю, что отовсюду в России добраться тяжело (смеется), потому что пробки ужасные. Как в азиатском городе. В любом случае, если люди летят 9–10 часов и цены хорошие, не играет большой роли, в какой аэропорт они прибудут.

– Исследовали российский рынок?

– Моя команда исследовала. Но я думаю больше не о русских, посещающих Азию, а об азиатах – Россию. Хотя Азия тоже огромный рынок для русских туристов. В Москве 20 млн человек, в Азии 3 млрд человек, и многие хотят посетить Россию. Мое видео в Facebook* с Красной площади за два часа посмотрело 60 000 человек. Я получил 300 комментариев, и все спрашивают: когда вы полетите в Россию, когда вы полетите в Россию? Я встречаюсь сегодня с малазийскими студентами, а раньше даже не знал, что в России учатся малазийцы. У России такая история! Столько всего есть показать! Если мы не сможем раскрутить Россию, то мне тогда и CEO быть не стоит. Но, думаю, проблем не будет.

– Почему решили выходить в Россию именно сейчас? Наш рынок авиаперевозок в кризисе.

– Мы сильны в кризис. Я запустил авиакомпанию в 2001 году через три дня после 11 сентября. Мы росли во время всех кризисов, в такие периоды всегда были хорошие возможности. Гуляя по Красной площади, я никакого кризиса не почувствовал – люди выглядели счастливыми, охотно тратили.

– Так это иностранцы.

– Для приезжих все в России намного дешевле, так как рубль слаб. И для россиян, которые хотят посетить другую часть света, Азия скорее всего дешевле, чем большинство других мест. Я думаю поэтому, что наш выход будет win-win.

– Вы бизнес во время визита не обсуждали? С чиновниками не встречались?

– Нет, я приехал только выступить на форуме (самые интересные фрагменты выступления Фернандеса на форуме «Атланты» читайте в материале «Раз в месяц я работаю грузчиком» – прим. «HBR – Россия»). С чиновниками встречался в Малайзии в марте – со спикером вашего парламента [Валентиной Матвиенко], с послом [России в Малайзии Валерием Ермоловым]. Они приглашали нас летать, очень эмоционально пообщались. Но с авиационными чиновниками еще не встречался. Может, после вашего интервью (смеется).

– Вас так легко зазвать на мероприятие?

– Они [организаторы форума] мне заплатили.

– Шутите?

– Нет, правда (смеется). Где бы я ни выступал, я выставляю счет, а деньги идут в благотворительный фонд AirAsia. Даже за деньги мне предлагают очень-очень-очень много туров. Но в Россию я просто хотел приехать, это было win-win. Никогда не был здесь, еще ребенком хотел сходить на Красную площадь. А мне уже 52. Сколько фильмов сняли на Красной площади! С Джеймсом Бондом, другие.

– «Миссия невыполнима».

– Да, «Миссия невыполнима». Он мне не понравился. Россия романтична, для меня это было как увидеть Эйфелеву башню или мост «Золотые Ворота». Вы, ребята, этого не понимаете, так как видите ее каждый день. Но для гостей это реально круто.

И я люблю общаться, встречать новых людей, рассказывать нашу историю, может, она вдохновит кого-то. У России много общего с Азией: сильный контроль государства, много государственных предприятий, государственные бизнесы очень переплетены.

– Еще коррупция.

– Об этом лучше помолчу. Мне же надо получать назначения (смеется). Но мы это всё победили. И мы показали, что это можно сделать. До этого я продавал музыку, записи Мадонны, Фила Коллинза, а потом мы запустили авиакомпанию против государственного перевозчика (Malaysia Airlines) и перевезем [в этом году] 60 млн человек. Прекрасно, что в России есть предприниматели, которым хватает смелости конкурировать с «Аэрофлотом».

– Вас не обескураживает история с командой вашего бизнес-джета, нескольких человек из которой не пропустили через российскую границу в «Шереметьево» и они сутки остаются в самолете? Энтузиазма к России не убавляет?

– (Очень серьезно.) Это не буду комментировать. Как вы вообще узнали?

«Моя работа – превращать алмазы в бриллианты»

– В чем причины успеха AirAsia?

– Люди, моя команда – на 100%. У нас прекрасный персонал.

– Тогда другой вопрос: где вы их взяли?

– А-а! У меня дар находить нужных людей, которые, в свою очередь, находят людей. Лучшее в AirAsia – это то, что мы даем людям шанс стать лучшими. Моя работа – превращать алмазы в бриллианты. Я думаю, слишком многие компании не понимают, что их главный актив – это люди. Слишком многие считают, что главный актив – СЕО, или финансовый директор, или владелец. У нас другой подход, и это наша главная причина успеха. У нас есть молодые ребята, которые раньше были разносчиками и стали пилотами. Наш гендиректор – из скромных инвестбанкиров.

– А если вы ошибаетесь в людях?

– Это случается часто. Не все, кого я выбираю, становятся бриллиантами. Я совершаю ошибки. Это вторая главная причина успеха: большинство СЕО, совершая ошибки, не признают их тут же и продолжают ошибаться. Для меня не проблема признать: я облажался, давайте все поменяем, пока не стало слишком поздно.

На российском ТВ мне сказали, что в России с сервисом непросто. Спросили: вы, наверное, много инвестируете в сервис? Нет, просто забота о персонале – мой приоритет. Дело не в обучении, нельзя научить улыбаться и быть приветливым. Вы должны быть счастливы на работе и получать от нее удовольствие и тогда будете приветливым.

– А какие-нибудь «авиационные» причины успеха есть?

– Люди, только люди. Почему многие авиакомпании неэффективны? В основном из-за людей. Теряют из-за пилотов, теряют из-за техников. Одни никогда не разговаривают с другими, организация очень дисфункциональна. Например, вы можете просить пилота: «Экономь топливо». Но решать все равно ему. Дает ли он на взлете полную тягу [при этом расход топлива максимальный], что аж вжимается спиной в кресло? Как он сажает самолет? Как работает с инженерами? Мы очень эффективны в разрушении этих невидимых стен.

– Ваша головная малазийская AirAsia Berhad владеет в авиакомпаниях группы в других странах неконтрольными пакетами. Были конфликты с контролирующими партнерами?

– Никогда.

– Как такое возможно?

– Коммуникации. Общение друг с другом. Работа друг для друга. Быть друзьями, а не партнерами.

– Такая модель в России возможна.

– Да. Но я не знаю Россию достаточно хорошо. Это мой первый визит в страну, и сказать, что я собираюсь создать здесь авиакомпанию, было бы безумием. Да, страна огромная, население 150 млн – лоукостеры вам нужны. Но я не знаю, что думает правительство по этому поводу, что думает «Аэрофлот». Поэтому я в первую очередь сосредоточен на своей экспертизе в Азии.

– В какой форме группа зарабатывает на дочерних авиакомпаниях в других странах?

– Мы получаем плату за управление, роялти за использование бренда AirAsia, дивиденды.

– Каковы долгосрочные цели компании?

– Это любимый вопрос многих людей. Никогда не знаю, как на него ответить, потому что мы растем так быстро. 15 лет назад было два самолета, сегодня – под 200. Я хочу быть хорошо известным брендом во всем мире. Если будем так же известны, как Coca-Cola, будет здорово. Не хочу выражаться, как «Мисс Вселенная», но мы хотим связать как можно больше стран и помочь им лучше понять друг друга. Физические связи – это большая разница с e-mail, YouTube. Хочу зайти в как можно большее количество мест, особенно города поменьше. В больших городах всегда большой трафик. «Теперь летать могут все» – таков был мой девиз, когда мы открывали лавочку. Когда я запустил AirAsia, только 6% малазийцев летали. Теперь все могут. Если мы можем делать перелеты демократичными, это уже что-то... Знаю, что звучу, как «Мисс Вселенная».

советуем прочитать

* деятельность на территории РФ запрещена

Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи
советуем прочитать
Кому нужна сумка из IKEA за $2000?
Джона Бергер,  Сильвия Белецца